На жизнь в Беларуси Витя смотрит позитивно: город чистый, электричество дешевое, батька харизматичный. Ощущается контраст мнений и чувств с моим поколением, некий “бартер свобод на комфорт”, но я особо не рефлексирую – главное, что человек хороший. Поужинав пивом с Fish&Chips, Валя и Света провожают меня до вокзала. На вокзале договорился взять блаблакар до Москвы, чтобы оттуда сесть на второй блаблакар до Пензы. Проводив меня до машины, прощаюсь с Валей и Светой, брякнув стандартное “еще встретимся”.

Витя предположил, что меня везет “коммерс”. Так и есть: одиннадцать вечера, ночная поездка до Москвы, пять человек в минивене и сериал “Слуга Народа” с планшета в дороге. Пересекаем границу в три ночи.

[Водитель]: Доставайте паспорта, надо их показать пограничникам

[Я]: Зачем?

[Парень в маршрутке]: Чтобы они поняли, что ты не хохол – они здесь частенько перебегают

[Я]: Мир без границ, какая ж ты, блять, утопия

Короче, Беларусь своя в доску: гостеприимная, некомфортная, добродушная, тоскливая, блаблакарская, несвободная.

Солнечный Берег

У Bulgaria Air в сентябре аттракцион щедрости – билеты на рейс Москва-Бургас за штуку.

Поздним субботним вечером в аэропорту Бургаса меня встречают Леша и Леша. Для простоты чтения текста буду звать их “Лешами”. Леши по жизни идут рука об руку: выросли и разочаровались в Екате, пожили год в Москве, решились переехать в другую страну.

За три года в Болгарии ребята успели выучить два языка – болгарский и английский, открыть контору помощи переехавшим и трансформироваться в диджитал номадов. В летний сезон ребята работают с хотелками понаехов из пост-совка – от оформления документов до помощи с покупкой недвиги. Зимой, когда прибережная Болгария вымирает, ребята путешествуют по теплым уголкам планеты от Аризоны до Австралии.

Леши рады, что у них интересный русскоговорящий хост, а я рад, что попал к ребятам, которые чего-то об этой жизни хотят. После взаимных перестрелок вопросами о жизни уговариваю ребят поехать в Нессебар – один из старейших городов Европы.

Дорога до Нессебара занимает где-то час.

– [Леша1]: Видишь дом недостроенный?

– [Я]: Ага. Такое даже домом назвать сложно, одни сваи торчат

– [Леша1]: Это такой символический памятник девяностым в Болгарии. Мужик один начал дом строить, взял кредит у банка, и потом – “тюк!” – и исчез

– [Я]: Куда исчез?

– [Леша2]: Во Флориду, скорее всего

– [Я]: Красиво.

В Нессебаре сохранилось довольно много исторических памятников, но мне неинтересно. Рядом с Нессебаром болгары построили курортный городок “Солнечный Берег”. По факту “Берег” – самый дешевый спот Евросоюза у моря с копеечными проживанием и алкоголем, чем пользуются граждане зажиточных европейских стран. Зимой “Берег” в спячке: пустеют отели, отключается электричество, персонал разъезжается кто куда.

По дороге домой затрагиваем тему “идентичности” мигрантов с Восточной Европы.

[Леша2]: Зачастую наши клиенты – это какой-то дикий кринж. Вот едем мы с казашкой, сзади нас менты сигналят, просят остановиться. Мы съезжаем на обочину, к нашей машине подходит мент, завязывается разговор. И тут казашка громким голосом: “Да дай ему денег!”. У него, блин, микрофон к форме прикреплен, как так можно вообще? Чем эти люди думают?

Короче, Леша, это не мы такие – это жизнь такая.

Конь

В Софии останавливаюсь у македонца Николы. Никола в Болгарии живет уже лет семь, гастролирует по стране с кукольным театром.

Встречаю Николу вечером на площади в центре за надуванием пузырей. Из двух палок и мыла Никола делает огромные пузыри размером с мешкообразное кресло из Икеи. Вокруг Николы бегают очумевшие от счастья дети. Никола тоже улыбается во все тридцать два и постоянно что-то выкрикивает на болгарском. Слева от Николы – цилиндровая шляпа для донатов за магию, справа – его друг Георгий.

– [Георгий, на русском]: А куда ты после Софии поедешь?

– [Я]: В Скопье, да в Охрид

– [Георгий, улыбаясь]: Значит ты и нашу страну посмотришь

Повозившись с пузырями, едем с Николой домой на его стареньком Гольфе.

– [Никола, на английском]: А я знаю одну песню на русском

– [Я]: Ну так пой

– [Никола]: Выйду ночью в поле с конем, Ночкой темной тихо пойдем…

– [Мы, в унисон]: МЫ ПОЙДЕМ С КОНЕМ ПО ПОЛЮ ВДВОЕМ, МЫ ПОЙДЕМ С КОНЕМ ПО ПОЛЮ ВДВОЕМ.

Вспоминаю, что фронтмэн группы Любэ похож на моего отца.

Никола живет на окраине неподалеку от станции метро “Константин Величков”. Двадцатиэтажные панельки, построенные во времена Варшавского Договора, веют вайбом московских окраин. Живет Никола со своей девушкой Милой. Никола с Милой вот-вот поженятся, а пока ребята находятся на стадии “как делить быт с другим человеком и не облажаться”. В квартире мне дали гостиную с огромным диваном.

Следующим вечером пересекаюсь с мамой Милы. Женщина приветливая, немного говорит по-русски. Стараясь не мешать семейному разговору, перекатываюсь в гостиную.

Короче, надо выспаться перед завтрашней маршруткой в Скопье в семь утра.

Краш