Читаем Кауч полностью

Макс доезжает до меня в воскресенье. За спиной у Макса большой походный рюкзак, в котором находится вся его жизнь. Жил себе Макс в Тольятти жизнью провинциального “normie”: работа инженером на Автовазе, брак по дефолту, мало денег, мало времени. Но съедало что-то Макса изнутри, не хотел он жить такой жизнью. Ему еще и тридцати нет и на тебе – кризис среднего возраста. Развод, увольнение, сбор вещей и путь в никуда за новой жизнью.

Пенза была первой остановкой на пути Макса. Было видно, что он волновался. Я на тревоге: работы много, диплом скоро сдавать, мать на нервах. И зачем вообще согласился хостить Макса? Почему беру на себя бремя Матери Терезы? Неужели в нашем полумиллионном городе нет других хостов?

Эти грязные мысли сильно давят на мою голову, что непременно сказывается на хостинге. Макс может жить у меня сколько угодно, но я говорю, что сейчас у меня можно остаться на одну ночь максимум. Макс ходит понурый, не чувствует гостеприимства.

Скинув с Макса вещи, едем на автобусе в новую филармонию – ребята попросили отдать билеты на концерт. По дороге общаемся, я узнаю про путь Макса побольше. Ребята чуть не опоздали на концерт, отдаем билеты в последний момент и едем обратно домой. Можно и в центре остаться, в кафешке посидеть, по Московской погулять, но небо серое, и настроения нет от слова совсем.

Макс спит в моей комнате, я сплю в гостиной. Мама с утра понедельника злится. Вообще Макс ей нравится, добрый и скромный, но терпеть путников в своей хижине она уже не может. Мать ушла на работу, мне выходить через час-полтора. Наш разговор обретает позитивные обороты, но все равно сказывается интровертность Макса и моя тревожность. На прощание делаем селфи во дворе дома. На фото у Макса огромный рюкзак за плечами и трепет от будущего без границ в глазах – у меня велосипед, спортивный костюм и чудной прищур на камеру.

– [Я]: Тебе удачи в твоем пути. Надеюсь, ты найдешь свое место

– [Макс]: Ты тоже

Короче, пора мне съезжать от родителей.

Проездом

Съехал с родителей, теперь готов принимать серферов в любое время суток и года.

Тимофей стопит из родной Удмуртии до Грузии за поиском новой жизни и острых ощущений. Тимофей сияет своей улыбкой с самого порога вплоть и до расставания. Я же ответить взаимностью Тимофею не могу. Вот вроде закончил универ, начал жить один, работа топовая, денег хватает, макбук приобрел – а внутри тоскливо. Тоска меня съедает с головы до пят, каждый день плачу и не могу понять в чем дело. Набираю вес и занимаюсь самобичеванием, смеюсь исключительно с черного юмора и сарказма ниже пояса, в конфликтах чрезмерно токсичен.

Утро субботы, завтракаем с Тимофеем на кухне.

– [Я]: Задумался сейчас о правильном питании, вот мясо перестал есть

– [Тимофей]: Хорошая идея. Пробовал голодать целый день, очень хорошо себя чувствовал. Где-то час на двадцатый говно выходит со шлаками, организм очищается. Чувствуешь, будто заново родился.

Параллельно диалогу с Володей смотрю в монитор своего макбука. У нас на проде опять что-то упало, надо списаться с разработчиком и понять как это починить. На это нет ни сил, ни желания, да и вообще, блин, сегодня выходной. Пытаясь подбодрить меня, Тимофей рассказывает о том, как в Ижевске стриптизером работал.

Понимаешь, есть стереотип о том, что стриптизер должен выглядеть максимально накачанным, надутым как Шварц. На деле же это ничего не решает. У меня как-то раз был стриптиз-баттл с качком, так я его вынес в одну калитку под овации зрителей. А дело все в чувствах: в движении, в ритме, в раскованности. Зрители не чувствуют мышцы, они чувствуют энергию. Я отдавался делу по максимуму, поэтому стриптизером был классным.

Мы выходим на улицу. Через дорогу от нашего дома большая площадь с филармонией и киноконцертным залом, построенными к юбилею города. На площади проходил какой-то фестиваль с кучей маленьких детей. На небе пасмурный сентябрь. Тимофей пытается стать трэвел-влоггером на ходу, достает телефон и начинает снимать происходящее со своими комментариями.

– [Тимофей]: А вот и Миша, мой хост. Миша, скажи что-нибудь на камеру

– [Я, про себя]: Бляяяяя, как же все это нелепо

Вечером Тимофей предлагает пойти в центр посидеть в баре и попытаться склеить каких-нибудь девочек. У меня на вечер запланирован поход в баню с друзьями, оставшимися с универа. На этом расходимся и встречаемся лишь следующим утром. Тимофей пакует свой походный рюкзак и едет дальше.

Короче, надо попробовать голодовку.

Трактор

Меня зовут Артем, еду из Болгарии на своем авто к семье в Уфу. Буду в Пензе 16 ноября ориентировочно в 7 вечера. Но все зависит конечно от дороги (16го еду Курск-Пенза). Стартую на следующий день 17 ноября в 7 утра в сторону Самары.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
10 гениев спорта
10 гениев спорта

Люди, о жизни которых рассказывается в этой книге, не просто добились больших успехов в спорте, они меняли этот мир, оказывали влияние на мировоззрение целых поколений, сравнимое с влиянием самых известных писателей или политиков. Может быть, кто-то из читателей помоложе, прочитав эту книгу, всерьез займется спортом и со временем станет новым Пеле, новой Ириной Родниной, Сергеем Бубкой или Михаэлем Шумахером. А может быть, подумает и решит, что большой спорт – это не для него. И вряд ли за это можно осуждать. Потому что спорт высшего уровня – это тяжелейший труд, изнурительные, доводящие до изнеможения тренировки, травмы, опасность для здоровья, а иногда даже и для жизни. Честь и слава тем, кто сумел пройти этот путь до конца, выстоял в борьбе с соперниками и собственными неудачами, сумел подчинить себе непокорную и зачастую жестокую судьбу! Герои этой книги добились своей цели и поэтому могут с полным правом называться гениями спорта…

Андрей Юрьевич Хорошевский

Биографии и Мемуары / Документальное
10 гениев бизнеса
10 гениев бизнеса

Люди, о которых вы прочтете в этой книге, по-разному относились к своему богатству. Одни считали приумножение своих активов чрезвычайно важным, другие, наоборот, рассматривали свои, да и чужие деньги лишь как средство для достижения иных целей. Но общим для них является то, что их имена в той или иной степени становились знаковыми. Так, например, имена Альфреда Нобеля и Павла Третьякова – это символы культурных достижений человечества (Нобелевская премия и Третьяковская галерея). Конрад Хилтон и Генри Форд дали свои имена знаменитым торговым маркам – отельной и автомобильной. Биографии именно таких людей-символов, с их особым отношением к деньгам, власти, прибыли и вообще отношением к жизни мы и постарались включить в эту книгу.

А. Ходоренко

Карьера, кадры / Биографии и Мемуары / О бизнесе популярно / Документальное / Финансы и бизнес