Кликнув на ссылку, увидела статью со своей фоткой. Статья небольшая, всего несколько строк. О том что знаменитая фигуристка решила стать "ближе к народу" и наконец-то осчастливила своих поклонников личной фотографией. И разумеется ссылка на канал. Катя тут же кликнула по ней и "проскочила" в свой аккаунт.

— Мамочки!…

Шестьдесят две тысячи подписчиков! Ну и ну… Она изумленно покачала головой. Нажала "Обновить". Уже шестьдесят три… Круто! А что в комментариях пишут?

Под фотографией уже было почти четыре тысячи записей. В подавляющем большинстве — восторг. Причем немалое число комментов — на разных иностранных языках. Среди них превалировало классическое "beautiful". Но разумеется, Катю больше интересовали русскоязычные тексты.

— Катя, ты просто супер!

— Тебе нет равных!!!

— Ты богиня!

— Порви всех на Европе и ОИ!

— Я тебя обожаю!

— Ты красавица. Береги себя!

— Привет из Красноярска…

Катя со счастливой улыбкой читала всю эту красоту, периодически фыркая и хихикая. Но впрочем попадались и нехорошие комменты. Хейтеры тоже не дремали.

— Мумия решила снять маску? Надень обратно! Всем будет лучше.

— Не позорься, а?

— Еще более пошлого не могла придумать?

— Фоминой не стало, хочешь ее контракты забрать? Не стыдно?

Она читала эти неизбежные "бяки", безразлично пожимая плечами. — Собачки лают, караван идет… Моськи вшивые! Завидуете? А мне по фиг!… Но вот конкретно эти слова задели Катю за живое. Гадость какая! Какой-то троллина с толстым пузом сидит на продавленном диване и выпендривается. Она написала ответ:

- Поменьше грибочков разных кушай, придурок!

Подумала, что теперь неплохо бы выложить и видео. Станцевать что-нибудь. Или просто подурачиться…

Заиграл мобильник. Катя кинулась к аппарату и нажала кнопку. Звонила тренерша. Удивлялась, что Катя опаздывает на тренировку.

— Ты не забыла, что до "Европы" меньше недели осталось? Надо работать.

— Я проспала, извините. Сейчас приеду…

Конечно же! Ей теперь самое главное — тренировки. Надо ехать. Но сначала — умываться и завтракать. Есть охота…

На кухне как всегда все было уже готово. Мама позаботилась о дочурке. На сковородке — давно остывший омлет, в холодильнике — творожок со сметаной, бананы и яблоки. Спортсменке надо много сил…

С аппетитом уплетая завтрак, Катя задалась архиважным вопросом.

— Потолстеть мне не грозит или как?

Подумав, пришла к выводу, что не грозит. Тело-то ее из будущего! Навряд ли оно способно жиреть… Уж наверно ТАМ об этом подумали! Так что можно лопать все подряд… Ура!

Она задумчиво посмотрела на стальную вилку, которую держала в руке. Хм… Надавила на нее большим пальцем. Та стала послушно гнуться, словно пластилиновая.

— Ого! Круть какая…

Вернувшись в комнату, стала собираться. В углу на тумбочке увидела коньки. Подошла и стала их разглядывать. Конечно же, это не были знаменитые "коньки Аруччи". Эллес уже объяснила в послании, что коньки… она забрала. И свои, и Наташи. С ее-то телом и умением они не понадобятся. И так победит всех. А ей купила новые.

Она стала разглядывать коньки. Wifa Prima Set Ladies. Катя знала эту фирму, видела в магазине. Очень престижная и дорогая модель. Ботинок из натуральной кожи, мягкая внутренняя набивка, слоеная кожаная подошва. Лезвие из высококачественной стали Ultima Mark-IV.

Катя решила их примерить. Надела один ботинок, затем другой. Вау! Хотя ботинки еще не "разбиты" под ногу. Ну ничего. За неделю как раз раскатает их. Она с благодарностью подумала о своей "предшественнице":

— Спасибо, ты лучшая…

Сняла коньки и аккуратно уложила их в спортивную сумку. Затем быстро оделась, вышла наружу и нажала кнопку лифта…

Глава 4. Я все могу!

Катя зашла в раздевалку. Там никого не было. Вообще, в это время и не должно быть никого. Занятия вечером начинаются. Наверно — это какая-то дополнительная тренировка. Может, перед чемпионатом Европы… возможно так. Ну ладно, раз тренерша сказала — значит так надо.

Она быстро переоделась в тренировочную форму, нацепила коньки и задумалась. Спустя несколько секунд ее губы растянулись в улыбке.

Путь до Дворца спорта оказался непростым. Уже по дороге к метро Катя обнаружила явно повышенное внимание к своей персоне. Встречные прохожие проявляли к ней немалый интерес. Не все конечно, но каждый третий — точно. Замедляли шаг, вглядывались, потом на их лицах начинались всевозможные метаморфозы. От изумления до восторженных улыбок. Люди оборачивались вслед, иногда выкрикивали приветствия и одобрения.

В вагоне метро стало совсем туго. Ее тут же опознали. И поскольку деваться с "подземной лодки" было некуда — пришлось отрабатывать по полной. Одних автографов с десяток написала. А когда выходила, то вслед прозвучал гром аплодисментов.

— Жесть какая-то! Придется очки надевать. Или парик…