Но кое-где им все же удалось вклиниться в защитные ряды, и там сразу начиналась бойня. Людоеды виртуозно владели своим оружием. Они размахивали дубинами-топорами направо и налево, буквально выкашивая противников. Пока не падали под градом стрел и дротиков, летевших в упор.

Потери быстро росли с обеих сторон. Лигурам приходилось очень туго. Выручало лишь численное превосходство. Их было почти втрое больше, чем каннибалов. Иначе они не смогли бы устоять.

Тяжелее всего приходилось в центре. Там в строй прорвался людоедский царь со своей "гвардией". Огромные воины сметали людей своими дубинами как тряпичных кукол. На вожака вообще было страшно даже смотреть, не то что атаковать. Он бился сразу двумя дубинами одновременно. Которые были словно перышки в его чудовищных лапах.

Положение становилось критическим. Еще немного и центр будет окончательно прорван. И тогда… все побегут и их уже будет невозможно остановить. Оставались последние два-три ряда…

Вдруг за последним рядом появилась девушка. Высокая и черноволосая, с повязкой на лбу. Некоторое время она изучающе смотрела на битву, словно в раздумьях. Потом решительно шагнула вперед, схватила за руку ближайшего воина и вырвала бронзовый меч. Тот в ужасе отпрянул и обернулся, решив что дикари обошли строй с флангов. Увидев девушку, гневно выкрикнул:

— Ты что делаешь?

Но она не обратила на это внимания. Отбежав метров на пять, остановилась и замерла, прищурив глаза. Затем ринулась вперед…

В несколько прыжков покрыв расстояние, мощно оттолкнулась ногой и… буквально взмыла в высоту! Перелетев через головы бойцов, коршуном спикировала на бушующего исполина. В последний миг резко вытянула руку и вонзила меч горизонтально, напротив сердца. Удар был такой невероятной силы, что меч проткнул кожаные доспехи как бумагу, упершись по самую рукоятку.

— Получай!!!

Полузвериная морда скривилась от боли. Вожак застонал, его руки опустились, он стал медленно оседать. Изо рта потекла струя крови. Хрипло прорычал:

— Шуа!… Ыгу…

Вокруг завыли "телохранители". Они взмахнули оружием и бросились вперед. Толстая суковатая дубина понеслась девушке прямо в лицо. Она заметила опасность, резко дернулась корпусом и уклонилась от удара. Оттолкнула нападавшего и чуть присела, собираясь бежать. И тут же каменный топор врубился ей в спину…

А раненый гигант все сильнее оседал. Вот уже опустился на корточки. Упал на колени, согнулся и повалился на бок. Несколько раз всхрапнул словно конь, кашлянул кровью и затих навсегда. Его царствование истекло.

Ряды воинов взорвались ликующими воплями. А на каннибалов гибель их царя произвела ошеломительное впечатление. Они замерли, не в силах поверить в случившееся. Люди ринулись в атаку на деморализованных врагов. И те стали отступать.

Они не побежали, нет. Просто стали отходить к своим пещерам, отбиваясь изо всех сил. Медленно, шаг за за шагом люди теснили и теснили ненавистных людоедов. По-прежнему избегая ближнего боя, кололи копьями. Вот уже начался подъем на каменную гряду. Бадда продолжали пятиться, устилая землю своими трупами. Бой смещался все выше и выше, к самим пещерам. Они уже были совсем близко.

Вдруг раздалась команда. Какой-то из уцелевших командиров проревел приказ. Оставшиеся дикари развернулись и бросились в ближайшую пещеру. Их оставалось всего сотни две, не больше. Они быстро скрылись в темноте.

Мстители остановились перед входом, не решаясь последовать дальше. Так как в пещере была полная темень, которая для ее обитателей совсем не помеха. И биться в таких условиях было глупо.

— Огонь! Ищите огонь!

Нужно зажечь факелы. Что в других пещерах? Воины бросились туда и вскоре раздались радостные крики. Там был огонь! И что странно, больше никого. Ни женщин, ни детей. Значит, Бадда перед боем где-то их спрятали.

— Зажигайте ветки!

Очень скоро в руках появились горящие палки и сучья. Вот теперь другое дело… Воины двинулись в логово, выставив вперед копья и высоко подняв самодельные факелы.

Из глубины пещеры раздался вой. Сначала в людей полетели камни. Но их было немного. А затем свет факелов выхватил из темноты оскаленные морды. Людоеды взревели и бросились в отчаянную атаку, в свой последний безнадежный бой…

Глава 4. Это уже всё…

«Утомленное солнце нежно с морем прощалось…»

Всего одна строчка, но сколько в ней чувств. В памяти всплывает картина, когда солнечный диск исчезает за линией горизонта. Он мягкий, оранжево-красный или ярко-желтый, потухающий, ускользающий, утомленный. И это невероятно красиво, но и немного грустно, ведь закончился и уже никогда не повторится этот летний день…

Непонятно почему, но эта строчка из песни в исполнении Павла Михайлова засела в голове Кати. Она беспрерывно напевала ее, вглядываясь в далекий горизонт, раскрашенный лучами уходящего светила.

Она договорилась с Эллес, что будет ждать здесь, на опушке. Когда Гостья сделает свое дело, то сразу вернется. Но время шло и шло, а никто не появлялся. Катя уже была вся никакая. Кажется что-то пошло не так… Она давно бы побежала на поиски, но… как можно нарушить обещание?