Читаем Карусель полностью

Миссис Кастиллион подставила ему губы, и с пламенной страстью, столь удивительной для пухлого самодовольного мужчины, он поцеловал ее. В ту же минуту к двери подъехал двухколесный экипаж, и Пол удивленно спросил жену, заказывала ли она его.

— О да, я забыла? — встрепенулась она. — Я собралась в город на один день. Надо было тебя предупредить. Мисс Ли чувствует себя намного хуже, чем говорит, и я думаю, необходимо съездить повидать ее и узнать, можно ли чем-то помочь.

После ужасных ночных мучений миссис Кастиллион пришла к разумному решению посоветоваться с мисс Ли, и когда появилась горничная, чтобы раздвинуть шторы, она приказала вызвать извозчика, чтобы отправиться на станцию. Теперь, бойко изобретая предлоги для отъезда, она отказывалась слушать возражения Пола, который боялся, что она чересчур устанет. К тому же она не позволила ему сопровождать ее.

— Я чувствую, что не должен мешать тебе, раз ты отправляешься творить добрые дела, — наконец произнес он. — Только возвращайся как можно скорее.

* * *

Мисс Ли как раз заканчивала обедать, когда доложили о приезде миссис Кастиллион.

— А я думала, вы развлекаетесь в Джейстоне! — воскликнула она, весьма удивившись.

— Я почувствовала, что должна увидеть вас, иначе сойду с ума. О, почему вы не приехали? Вы были так нужны мне! — призналась гостья.

Мисс Ли, явно пребывавшая в добром здравии, вместо объяснений предложила миссис Кастиллион поесть.

— Не могу проглотить ни кусочка. — Грейс передернуло. — Я просто обезумела.

— Я подозревала, что у вас неприятности, — пробормотала мисс Ли, — потому что вы слегка переусердствовали со… «штукатуркой». Технически это ведь так называется?

Миссис Кастиллион приложила ладони к щекам:

— У меня вся кожа горит. Позвольте, я выйду и все смою. Мне пришлось загримироваться с утра. Я выглядела просто кошмарно. Можно пойти и помыть лицо? Это меня освежит.

— Пожалуйста, — ответила мисс Ли с улыбкой и, пока миссис Кастиллион отсутствовала, задавалась вопросом, что явилось причиной внезапного визита.

Наконец Грейс вернулась и посмотрела в зеркало. Ее кожа без пудры и румян казалась желтой и морщинистой, а краска на ресницах и бровях, которую не удалось полностью смыть водой, еще больше подчеркивала ее бледность. Инстинктивно она вытащила пуховку из кармана, быстро припудрилась и повернулась к мисс Ли.

— А вы никогда не красились? — спросила она.

— Никогда. Я всегда боялась, что буду выглядеть нелепо.

— О, это можно преодолеть. Но я знаю, это глупо. Я собираюсь от этого отказаться.

— Вы произнесли это с таким трагизмом, как будто хотели объявить, что уходите в монастырь.

Миссис Кастиллион с подозрением покосилась на дверь:

— Никто не войдет?

— Никто. Тем не менее я советую вам сохранять спокойствие, — ответила хозяйка, подозревавшая, что Грейс хотела бы устроить сцену, но пока сдерживалась.

— Между мной и Реджи все кончено. Он выбросил меня, как истрепавшийся галстук. У него кто-то есть.

— Вам повезло, что вы избавились от него, моя дорогая.

Внимательные глаза мисс Ли изучали лицо миссис Кастиллион, словно пытались разглядеть сокровенную тайну ее души.

— Вы больше не испытываете к нему никаких чувств, правда?

— Нет, слава Богу, не испытываю. О, мисс Ли, я знаю, вы мне не поверите, но я пытаюсь начать жизнь с чистого листа! За последние месяцы я увидела Пола совершенно в ином свете. Конечно, он нелеп, и напыщен, и скучен. И мне это известно лучше, чем кому бы то ни было. Но он такой добрый! Даже сейчас он любит меня всем сердцем. И он честен. Вы не представляете, каково это — быть с человеком, который искренен до глубины души. Это дарит такое облегчение и успокоение!

— Моя дорогая, конечно, чтобы найти хорошие качества в собственном муже, повод не требуется. Ваши высказывания не только курьезны, но и в высшей степени оригинальны и своеобразны.

— Это настолько все для меня усложняет, — ответила миссис Кастиллион с печалью и трагизмом. — Я чувствую себя подлой. Я не могу слышать о его безоговорочном доверии, когда я вела себя столь отвратительным образом. Мне невыносима его доброта. Вы и раньше догадывались, что меня мучает желание облегчить душу, и я больше не могу это терпеть. Сегодня утром, когда Пол был так мил и нежен, я еле сдержалась. Не могу так больше. Я должна рассказать ему все и перешагнуть через это. Лучше быть разведенной, чем продолжать постоянно врать.

Мисс Ли спокойно наблюдала за ней некоторое время.

— Какая вы эгоистка! — пробормотала она наконец ровным, спокойным голосом. — Мне как раз казалось, что вы начали испытывать чувства к супругу.

— Но я действительно испытываю к нему чувства, — с изумлением ответила миссис Кастиллион.

— А вот это вряд ли, иначе вы не захотели бы причинять ему страдания. Вы прекрасно знаете, что он вас обожает. Вы для него свет в окошке и единственное яркое пятно в жизни. Если он потеряет веру в вас, то потеряет все.

— Но признаться в своем грехе значит поступить честно…