Читаем Карнавал Хилл полностью

Джей-Джей выругался, а я засмеялась еще громче, и он схватил меня, когда вернулся на кровать, обхватил рукой и притянул к себе так, что моя голова упала на его грудь, и он зажал мне рот рукой.

— Если он услышит твой смех, ты выведешь его из строя, — прошипел он, выглядя одновременно позабавленным и корча гримасу от этих слов. — Или, что еще хуже, он придет сюда весь в бешенстве и будет искать, на кого свалить вину за свой провал с членом.

Я убрала его пальцы со своих губ и хихикнула. — Ты спасешь меня от члена-карандаша, Джей-Джей? — Спросила я, закидывая ногу ему на талию, когда мы, наконец, устроились в удобной позе.

— Да, красотка, я спасу тебя, — пообещал он, медленно заправляя прядь моих темных волос за ухо, когда громкие кульминационные звуки того, что его мама заканчивает свою работу, сотрясли чертову стену. Когда наконец, наступила тишина, я вздохнула и закрыла глаза, прислушиваясь к глухому стуку сердца Джей-Джея у себя под ухом. — Я всегда буду спасать тебя, Роуг.

Клянусь, его голос последовал за мной из воспоминаний в темноту, и я всхлипнула, когда реальность снова заключила меня в свои объятия.

Боль и темнота нахлынули на меня, когда я обнаружила, что все еще заперта в этом гребаном сейфе. Гадая, суждено ли мне умереть здесь, внизу, или кто-нибудь действительно может захотеть спасти меня на этот раз. В ушах все еще звучал голос Джей-Джея, произносящего мое имя, но это не могло быть реальностью. Просто мое воображение заставляло меня услышать то, чего я так жаждала.

— Роуг!

Я втянула воздух, отчего закашлялась, но все равно откинула голову назад, потому что, как бы слабо и отдаленно это ни прозвучало, я могла бы поклясться, что это не было плодом моего воображения.

— Джей-Джей? — закричала я. Но на самом деле это был не крик, а скорее карканье, кашель и всхлип, смешанные воедино.

Но как только я начала думать, что мне это почудилось, клянусь, я услышала, как кто-то еще зовет меня по имени, и мое сердце бешено забилось при мысли об этом.

Могло ли это быть на самом деле? Они пришли за мной?

Воздух пронзил лай, далекий, но такой знакомый, и я снова всхлипнула, пытаясь закричать еще раз, но закашлялась еще до того, как начала, и мой голос предавал меня.

Мое сердце бешено заколотилось при мысли о том, что они уйдут, даже не узнав, что я здесь, и я начала шарить вокруг, колотя кулаками по металлическим стенкам сейфа, пока не нашла кусок каменной кладки, застрявший в почти закрытой дверце.

Я схватила его и потянула, мои ногти хрустели и ломались, все мое тело кричало от боли, но я отказывалась сдаваться.

Я дернула еще сильнее, и внезапно деталь освободилась, у меня вырвался хриплый крик, когда от этого движения выбило еще больше обломков, и все застонало и сдвинулось вокруг меня, ударяясь о сейф и заставляя мой череп дребезжать от шума.

Но я продолжала держать каменную глыбу и, как только убедилась, что меня здесь не раздавит, начала колотить ею по стенке сейфа.

От шума голова раскалывалась, а череп запульсировал от боли, но я не останавливалась. Я била по металлу снова, и снова, и снова.

Я не собиралась умирать здесь, не поборовшись за свою жизнь. И если судить по тому, как колотилось мое сердце, то я начинала верить, что мой спаситель придет за мной, как он всегда обещал.

Возможно, я и сказала ему, что не нуждаюсь в спасении, но прямо сейчас мне нужен был белый рыцарь, или темный спаситель, или даже просто сделка с дьяволом. Потому что я не покончила с этой жизнью, какой бы дерьмовой она для меня ни была. И я была готова, наконец, выйти из темноты.

Полуденное солнце нещадно палило мне в спину, пропекая до самого нутра, пока я не перестал ощущать что-либо, кроме ослепляющего жара, боли в руках и ломоты в позвоночнике. Я неустанно работал вместе с Фокс, Мавериком и Лютером, и мы все погрузились в этот отчаянный, бесконечный ритм, молча разгребая обломки. Но тишина была не в моей голове. В моем сознании стоял гул из шума, страхов, сожалений и паники.

Я должен был добраться до нее раньше.