Пока фрегаты «разгрызали» галеоны испанцев, русские галеоны и каравеллы занялись транспортными барками королевской армады. Противопоставить более крупным пушкам больших кораблей, капитаны каботажников ни чего не могли и приняли единственно правильное решение, бежать и по возможности в рассыпную. И побежали. Кто развернувшись и встав под дующий с суши бриз, распустив все паруса пытался уйти в море, если их догоняли, то судьба экипажа и десанта, в случае перевозки баркой солдат, была печальна. Корабль уральцев догнав беглеца, расстреливал его из орудий. Хватала двух, максимум трех залпов, чтобы барка начинала тонуть вдалеке от берега. Спасением врагов в ходе этого избиения ушкуйникам заниматься было некогда, надо было догнать и уничтожить очередного вражину. Больше повезло тем командам и пассажиров, чьи капитаны направили свои «скорлупки» к берегу. У тех имелись отличные шансы, при повреждении, а иногда еще и до обстрела, выбросить судно на берег и спастись от гибели бегством на сушу. Правда такие беглецы ни один не вернулся самостоятельно домой. Все были, либо пленены патрулями русских и их союзников поуатанов, либо уничтожены при сопротивлении.

Более менее целыми сумели уйти только следующие в арьергарде каравеллы, осуществлявшие охрану транспортов идущих в конце колонны. Кстати спаслись и эти транспорты. Капитаны идущих в «хвосте» судов сумели разглядеть, что происходит в голове их ордера и сделать правильные выводы-нужно бежать, что они и сделали. При том рискнули и встав под ветер, и на всех парусах стали уходить в открытое море.

Разгром армады был полный. Из двадцати трех судов в Векракрус вернулись только девять, в том числе две каравеллы, одна их товарка пропала где-то на просторах океана. Из почти четырех тысяч человек команд судов, солдатов, канониров и ополченцев десанта, в порт выхода прибыло три сотни ополченцев, шесть сотен солдат и порядка семи сотен душ из экипажей судов. Ни один канонир не вернулся, все они пропали со своими пушками в этом бесславном походе. К сожалению для Логунова с Ивлевым, сам адмирал Педро Менендес де Авилес спасся. Буквально за сутки до встречи он пересел на каравеллу «Бискайя», которая благополучно улизнула от кораблей ушкуйников и вернулась в порт Веракрус.

Заморская Русь. Рюрик-на-Тобаго. Декабрь по новому стилю 1565 года от РХ

Руководство тобакского анклава русских в городе Рюрик-на-Тобаго, так же как и их северный сосед на материке, выслали в море разведку и ждали прибытия карательной эскадры. Дозоры не подвели и принесли сведения о приближении испанской эскадры, но почему-то в составе пяти галеонов, трех каравелл и порядка двух десятков барок. Уже после сражения установили причину резкого увеличения карательной армады. Испанский монарх приказал принять участие в разгроме пиратской базы тартарцев на Тобаго, не только вице-королю Новой Испании, но и алькальду Картахены-де-Индиас дону Мартину де лас Аласом, которому на прямую прислал приказ о формировании эскадры, с обязательствам присоединится к прибывающей из Веракруса армаде, усилив её своими вымпелами. Что дон Мартин добросовестно и выполнил, отправив все находящиеся в порту Картахены-де-Индиас королевские галеоны, присовокупив к ним тройку принадлежащих колонии каравелл. В связи с чем, в отличии от Логунова, табагские «витязи» даже не планировали начинать отражения набега, атакой противника на марше, им элементарно не хватало сил, два галеона и пара каравелл, не считая с десяток барок, явно не те силы, с которыми можно атаковать более сильного и многочисленного врага. Зато они имели прекрасный, сильно вооруженный форт, прикрывающий вход в бухту и крепкую стену с орудиями в бастионах, огородивших город по периметру. Брать приступом которую, это заранее смириться с огромными потерями, которые колониальная администрация не может себе позволить, по причине отсутствия такого количества воинов. Да и осадной артиллерии в колониях так же не наблюдалось. Решение напрашивалось одно, сесть в осаду и разбить под стенами Рюрика-на-Тобаго сухопутные силы карательной экспедиции. Тогда и её корабельная составляющая часть уйдет, попробовав прорваться в гавань и получив по зубам.

И началась подготовка к осаде. Запасания продовольствия, воды, обучения небольшого городского ополчения. Выверка артиллерийских таблиц и схем огня. При необходимости пристрелка дымовыми ядрами. Осмотр стен и бастионов на предмет выявления просмотренных дефектов или повреждений. Заодно собрали в город из хуторов крестьян, а из деревушек, островных аборигенов, которые уже привыкли доверять своим белокожим соседям в вопросах обороны этого клочка суши.