Читаем Карибский кризис полностью

В середине 2003 года по наводке Винцаса Блайваса я вышел на проживающего в Москве чеченского плохиша по имени Лечи Вайнах, имевшего связи в Центробанке и информированного о том, у каких коммерческих банков отзовут лицензию в ближайшее время. Он имел возможность выписывать векселя этих банков и предлагал их за 50 % номинала. Минимальная сумма составляла один миллион долларов. Я набрал пул поставщиков, готовых продать продукцию за эти векселя; о том, что ценные бумаги выписаны банками без пяти минут банкротами, разумеется, никто не знал. И в последних числах января 2003 года я, а точнее, подставные люди, выбрали на складах поставщиков (в Москве) товар (медицинские расходные материалы) на сумму миллион долларов и расплатились необеспеченными векселями. После чего отключили телефоны и съехали с офиса — скрылись, оставив фирмы с левыми бумажками, что называется, с носом. Когда фирмачи пришли в банк, чтобы обналичить вексели, то банк уже не функционировал. Вайнаху дали $70,000, и Блайвас выступил перед ним гарантом сделки и сумел сначала добиться скидки 10 %, а затем отжал еще на сто тысяч долларов, и выбил дополнительно три месяца отсрочки. По факту реализации Вайнах получил свои $280,000.

По уговору мне причиталось 40 % с миллиона долларов, то есть $400,000. Но я был вынужден продавать товар с дисконтом, от 10 до 20 %, потому что реализация по реальной стоимости приобрела бы черты бесконечности. На воровство и распиздяйство сотрудников было заложено 10 %. Так оно и вышло — с этого проекта чистыми я получил около $340,000. Неприятным моментом стало то, что Блайвас потребовал причитавшиеся ему $250,000 чистыми, без учета дисконта. Хорошо, что хотя бы удалось заставить погасить половину организационных расходов по проекту (аренда левого офиса, подставные люди, телефонные переговоры, командировки, транспорт). Но он никак не хотел брать на себя дисконт или дать дополнительную отсрочку, если товар продается по своей стоимости.

Не случайно Лечи Вайнах охарактеризован как «плохиш». В вексельной схеме было задействовано много народу, в том числе инсайдеры в самом Центробанке, а также некоторые сподручные Лечи, разыскиваемые по подозрению в совершении ряда убийств.

Я фактически являлся центральной фигурой — вытащил деньги для участников схемы; для чего изначально всю эту схему разработал (Блайвас не разбирался в вопросе и знал одного лишь посредника, который имел опосредованный выход на Лечи), я вёл переговоры с Лечи и сумел продать ему эту идею и выторговать условия (то, что он предлагал изначально, было вообще невыгодно и рассчитано я не знаю на каких лохов — плохиш требовал деньги вечером, а векселя утром неизвестно какого дня), я набрал пул московских поставщиков, заказал у них товар, организовал подставных людей, которые в один день расплатились с поставщиками левыми векселями и оперативно вывезли товар, после чего я этот товар реализовал. Таким образом, рисковал я больше всех. Но у меня было хорошее прикрытие со стороны Блайваса, за которым стоял сам Коршунов. Когда возникла напряженность с Лечи, Блайвас прибыл к нему на принадлежащем Коршунову бронированном лимузине в сопровождении нескольких бойцов, и провёл переговоры на очень хорошем уровне.

Напряженность возникла не только с Лечи, я попал в разработку и мной заинтересовался московский ОБЭП, и даже был выдан ордер на мой арест. И в этот момент меня прикрыл святой Иосиф — поклон ему за это до самой земли.

Хороший конец бывает только в сказке… ну, говорят еще, что «в женщине, как в сказке, должен быть хороший конец»… ну а данный эпизод с векселями кое-для-кого завершился отнюдь не сказочно. Тот самый посредник, который вывел Блайваса на Лечи, а также еще один черт, дружбан этого посредника, были застрелены в собственном офисе на Тверской улице. А один из моих подставных людей, получавший товар на фирмах, просто бесследно исчез.

По результатам этого проекта я планировал избавиться от проблемных долгов — расплатиться с кредиторами, однако по мере поступления средств на расчетный счет они расходились куда угодно, но только не на погашение задолженности. Как только появлялись свободные деньги, они моментально засасывались в страшные черные дыры. Так, на оборудование и ремонт аптек, переданных горздравотделом, к началу 2004 года было израсходовано около пяти миллионов рублей, и, несмотря на то, что под векселя было взято много аптечного товара, потребовались дополнительные расходы на приобретение медикаментов для аптек.