Читаем Карантин полностью

Лендар снова запустил запись, и стало видно, как в комнату вошла та самая девушка… Полина. Тогда она еще была Полиной, последние минуты – но все же. Марк видел, как медленно она двигалась, одной рукой опиралась о стену, другую прижимала к животу. Ей казалось, что болит там… Но при пробуждении паразита так и бывает. Существо захватывает мозг, мозг, в свою очередь, влияет на все тело, и у каждого последняя агония проявляется по-разному. Это тоже часть механизма выживания паразита, он убеждает, что проблема в чем угодно, только не в голове, он выигрывает себе время. Хотя это, конечно, перестраховка со стороны природы… Спасти человека можно разве что в первые часы после заражения личинкой, до того, как это существо закрепится внутри черепа. После этого жертве доступно лишь милосердие в виде быстрой смерти, не более.

Полина кое-как добралась до общего зала. Она сказала что-то, привлекая внимание, попыталась дойти до двух молодых женщин, сидящих неподалеку, но упала, забилась в конвульсиях.

– Почему она шла именно к Рите? – спросила Марта.

– Ритка была медсестрой, – угрюмо ответил Гаврилов. – Она всем помогала, если у кого что болит…

– Она уже на финальной стадии, – заметила Аделаида. – Боли явно начались не один час назад, до моего ухода. Почему она не обратилась ко мне?

– Так кто ж вам доверяет… Вам скажешь, что болит, а вы пристрелите просто на всякий случай!

Пристреливать их никто не собирался, на границе такое еще могли провернуть, на карантине смысла нет, просто поместили бы в изолированную палату. Но Полина об этом не знала, она искренне боялась, что ее казнят, если сочтут недостаточно здоровой.

Однако боль не проходила, она нарастала, и в какой-то момент девушка не смогла больше терпеть. Она еще не погибла, но Марк прекрасно знал: с момента падения у нее не было ни шанса восстановить контроль над собственным телом.

Рита об этом не подозревала. Она видела, как ее товарищи по несчастью проходили обследование, потому и не сомневалась: никаких паразитов в зоне карантина нет. Она искренне хотела помочь Полине, когда наклонилась над ней, и уж точно не ожидала, что девушка, всего секунду назад бившаяся в судорогах, бросится на нее диким зверем.

Полина подмяла ее под себя, прижала руки к вискам жертвы и принялась колотить Риту затылком о деревянный пол. Это и объясняло, почему лицо осталось невредимым, куда чаще прокаженные метят в горло. Жанна, стоявшая рядом в момент нападения, помочь не попыталась – она, должно быть, разглядела, как глаза Полины начали сдвигаться, уступая место паразиту. Она подняла крик и бросилась прочь, но Рита и не надеялась на нее, она боролась сама… Если бы под ее затылком оказался камень, она бы потеряла сознание сразу. Но дерево дало ей шанс, она сумела сбросить с себя прокаженную, кое-как поднялась на ноги, побежала прочь… Марк знал, чем это закончилось, а увидеть ему не довелось – в здании отключилось электричество, съемка прервалась.

– Его в зале не было, – сказал Марк.

Он допускал, что остальные это заметили, но решил подстраховаться. Как оказалось, не зря: Лендар кивнул, а вот Аделаида растерялась:

– Кого?

– Диверсанта. Все люди одинаково напуганы, такое не подделаешь. Он должен был контролировать ситуацию лучше.

– Вероятно, – согласился Лендар. – Но есть еще вариант, что он изобразил страх.

– Продавец игрушек ничего не изображал. Он просто говорил правду.

– Наверняка мы не узнаем: часть камер перестала работать до отключения электричества. Теоретически, люди, которые выбежали из зала, могли добраться до панели управления достаточно быстро.

Марк и сам понимал, что могли, но только с одним условием: диверсант должен был сохранять уверенность в том, что существо не погонится за ним. А он вряд ли управляет прокаженными, это не машина!

Кто бы это ни сделал, он обладал впечатляющими знаниями. Он взломал систему, настроил медицинских роботов… И оставил послание Марку. Надпись до сих пор не стерли, хотя забыть о ней и так не получилось бы.

Когда Аделаида увидела это, она обрадовалась, решила, что тут диверсант ошибся, оставил прямое указание на себя, ведь у всех беженцев взяли генетический образец! Но Марк с самого начала мог сказать, что никакой ошибки не было, и оказался прав. Надпись сделали донорской кровью, ее в карантинном корпусе хватало.

– И каково наше положение теперь? – уточнил Иовин.

– Со стороны Черного Города объявлен полный карантин Объекта-21, – равнодушно отозвался Лендар.

Вряд ли он действительно был настроен так спокойно, но иначе он отреагировать не мог. А вот Аделаида боялась – и не скрывала этого.

– Так что же, мы заперты внутри непонятно с чем? Он только пришел – и уже два трупа! Могло быть и больше…

– У тебя такой тон, будто ты сейчас выдашь решение, – хмыкнула Марта. – Ты ведь за этим голосить начала, так? А не просто пересказать то, что мы и так знаем?