Негнущиеся пальцы с трудом складывались в нужные слова. Я ошибалась, начинала сначала, ловя его взгляд. Спасибо, дедушка! Только благодаря тебе мне известен международный язык глухонемых! Безмерное удивление в глазах обернувшегося мужчины сменилось замешательством.

Не помню, что именно "говорила", вернее, сбивчиво тараторила, но мои мольбы старичка, видимо, тронули. Он явно очень хотел помочь, но всячески отнекивался и отказывался. Когда у меня уже начало сводить пальцы, а по лицу потекли слезы, мужчина боком, как крабик, двинулся к двери.

Я беспомощно смотрела ему вслед. Первый писк — как выстрел в мое сердце. Второй будет контрольным в голову. Тело напряглось в ожидании. Но в комнате стояла тишина, лишь с улицы доносилось стрекотание. Почему она не закрылась до конца? Я подошла ближе — в дверном проеме на полу стоял поднос. Значит, старичок все-таки решил помочь! Надо торопиться. Мысли разлетелись в разные стороны, как вспугнутые птицы.

Переобуться, накинуть куртку, нужное распихать по карманам, волосы убрать в пучок, чтобы не мешались. И не забыть главное — шкатулку со сладким.

Я соорудила на кровати подобие спящего тела на случай, если кому-нибудь взбредет в голову проверить, спит ли пленница, в последний раз пробежалась глазами по комнате, вышла в коридор и услышала противный писк — на прощание.

Длинный темный коридор вывел к лестнице. Я спустилась по ней, подошла к двери. Старичок сидел на кресле с подлокотниками в виде лап льва. Он встал, попытался меня отговорить, но я лишь качала головой. Сдавшись, мужчина набрал код на панели сигнализации.

Дрожащими ногами я переступила порог. Холодный ветер ударил в лицо. Дверь закрылась за спиной с мягким шлепком. Все. дороги назад нет. Я на самом деле это делаю! У меня была нормальная спокойная жизнь. Как она превратилась в драму с элементами хоррора и фэнтези?!

Так, хватит об этом думать, надо быстрее добираться до ворот, или этот фильм станет короткометражкой без хэппи-энда.

Мне удалось собраться с духом и, глубоко вдохнув, и уйти с освещенного крыльца. Как только я сделала несколько шагов, из ночной темноты донеслось утробное рычание, будто сама тьма была оскорблена моей наглостью. Судя по нарастанию звука, оно приближалось. Стоило большого труда уговорить себя остаться на месте, в то время как инстинкт самосохранения требовал броситься назад к двери и умолять пустить обратно.

Три пары светящихся мертвенно-зеленых глаз неумолимо приближались. Воображение услужливо дорисовало картинку — по его мнению, из тьмы должны были выскочить, как минимум, кровожадные демоны, жаждущие растерзать бедную девушку в клочья. Уныло-бледная луна пряталась за темными тучами, подсвечивая их мрачным ореолом и добавляя ситуации готические нотки. Ощущение, что вот-вот раздастся протяжный леденящий душу вой голодного оборотня, заставляло все волосинки на теле вставать дыбом, мешая бегать стаям мурашек.

Ну, что же, сейчас и проверим мою теорию. Я крепко сжала в руках шкатулку. Через мгновение на меня налетели, захлебываясь лаем, три собаки. Два мощных ротвейлера и поджарый доберман.

— Тише, тише, мои хорошие. Успокойтесь.

Псы заплясали вокруг, заглядывая в мое лицо. Они хотели съесть — но не меня. Несколько дней я подкармливала их сладеньким по ночам. Вскоре они привыкли к моему голосу и стали сами прибегать под балкон.

— Держите. — Открыв шкатулку, я рассыпала пирожные, конфеты, маленькие эклеры вокруг, стараясь закинуть подальше, и медленно отошла на пару шагов. Собаки начали уминать угощение, напрочь забыв о нарушительнице. Отлично!

Хруст гравия, незаметно-деликатный днем, сейчас казался громким, как выстрелы. С быстрого шага я перешла на бег. Осталось немного. А вот уже и чугунные вафли ворот. Мне удалось коснуться холодного металла и перевести дух, прежде чем я заметила, что из ночного полумрака показалась фигура. Внутри все похолодело, потому что было понятно, кто это.

Зная, что не успею, я все же бросилась к воротам и попыталась перебраться через них. Но едва удалось поставить ноги на чугунные завитки и чуть-чуть подняться вверх, как сильные руки обвили талию и потянули на себя. Несмотря на то, что мои пальцы намертво сжали шершавый металл, если бы Горан захотел, он легко бы преодолел сопротивление и снял меня с ворот, но он не стал этого делать. Мы молчали и не двигались. Его горячее дыхание обжигало шею. В голове было пусто.

Глава 7 Побег от самой себя (продолжение)