Читаем Капитаны песка полностью

Ей очень хотелось, чтобы это было правдой. И хотя у нее были веские причины сомневаться, слова Педро ее порадовали. Она чувствовала себя не только его любовницей, но и немного матерью.

— Приходи сегодня, я тебя научу одному очень приятному способу.

— Тогда до вечера… Только скажи мне одну вещь: ты не путаешься с этим парнем?

— Да он еще не знает, что это такое. Совсем глупенький. Настоящий младенец. А ты что, совсем дурак? Не видишь разве, что я не ложусь с каждым?..

В другой раз Педро Пуле удалось-таки встретиться с Хромым. Тот рассматривал книгу с картинками, лежа на траве, а рядом урчал рыжий кот. Увидев, что Хромой одет в кашемировые брюки, шелковую рубашку да к тому же аккуратно причесан, Педро буквально лишился дара речи, забыв подать сигнал. Наконец он пришел в себя и свистнул. Хромой сразу вскочил. Увидев Пулю на другой стороне улицы, он знаком велел подождать и вышел из ворот, убедившись предварительно, что никого из домашних нет поблизости. Педро Пуля завернул за угол, Хромой шел следом. Когда он приблизился, Педро поразился еще больше:

— Черт! Да ты надушен!

Хромой сделал недовольную гримасу, но Педро Пуля не отставал:

— Ты раз в десять наряднее Кота. Вот это да! Если ты появишься в таком виде «на лежке» (так они называли склад), тебе от ребят достанется, ты прямо как куколка…

— Да отстань ты… Я пока присматриваюсь, где тут что. Скоро слиняю, тогда заявишься сюда с ребятами.

— Что-то долго ты на этот раз.

— У них все стоящее заперто, — соврал Хромой. — Я еще не выкрал ключи.

Ладно, только не тяни, — закончил Педро. Потом вдруг вспомнил: — Гринго заболел. Чуть в ящик не сыграл. Вовсе кончался. Дон' Анинья его еле травами отпоила, а то бы ты не застал его в живых. Он теперь тоньше зубочистки.

С этим известием Педро простился, еще раз поторопив Хромого.

Перейти на страницу:

Все книги серии Романы о Баие (трилогия)

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее
Отверженные
Отверженные

Великий французский писатель Виктор Гюго — один из самых ярких представителей прогрессивно-романтической литературы XIX века. Вот уже более ста лет во всем мире зачитываются его блестящими романами, со сцен театров не сходят его драмы. В данном томе представлен один из лучших романов Гюго — «Отверженные». Это громадная эпопея, представляющая целую энциклопедию французской жизни начала XIX века. Сюжет романа чрезвычайно увлекателен, судьбы его героев удивительно связаны между собой неожиданными и таинственными узами. Его основная идея — это путь от зла к добру, моральное совершенствование как средство преобразования жизни.Перевод под редакцией Анатолия Корнелиевича Виноградова (1931).

Виктор Гюго , Джордж Оливер Смит , Лаванда Риз , Оксана Сергеевна Головина , Марина Колесова , Вячеслав Александрович Егоров

Проза / Классическая проза / Классическая проза ХIX века / Историческая литература / Образование и наука
Великий перелом
Великий перелом

Наш современник, попавший после смерти в тело Михаила Фрунзе, продолжает крутится в 1920-х годах. Пытаясь выжить, удержать власть и, что намного важнее, развернуть Союз на новый, куда более гармоничный и сбалансированный путь.Но не все так просто.Врагов много. И многим из них он – как кость в горле. Причем врагов не только внешних, но и внутренних. Ведь в годы революции с общественного дна поднялось очень много всяких «осадков» и «подонков». И наркому придется с ними столкнуться.Справится ли он? Выживет ли? Сумеет ли переломить крайне губительные тренды Союза? Губительные прежде всего для самих себя. Как, впрочем, и обычно. Ибо, как гласит древняя мудрость, настоящий твой противник всегда скрывается в зеркале…

Гарри Тертлдав , Дмитрий Шидловский , Михаил Алексеевич Ланцов , Гарри Норман Тертлдав

Проза / Фантастика / Альтернативная история / Боевая фантастика / Военная проза