Читаем Канцлер империи полностью

– Тоже мне секрет, – хмыкнул Василий Волков, – когда федоровский автомат – это «калаш» практически один в один! И сам Владимир Григорьевич говорил мне, что разработка началась с того, что вы показали ему своей рукой нарисованные эскизы. Но вот не думайте, что буду подстраиваться под ваше мнение. Хотите знать мое? Получите: мосинский автомат лучше. И дело даже не в том, что он на триста граммов легче и вроде бы чуть дешевле. Во-первых, у него бой более кучный, особенно при стрельбе очередями более чем по три патрона. А во-вторых, у него отказоустойчивость выше.

– Что? – не понял я. – Да ведь главный аргумент противников этого изделия в том, что если абсолютно не смазанный автомат извалять в песке, а потом стрелять, то федоровский в среднем производил на тридцать процентов больше выстрелов до отказа!

– Разные у них отказы. Федоровский просто клинит, а из мосинского можно продолжать огонь – только в режиме магазинной винтовки, передергивая затвор после каждого выстрела. Усилие, правда, получается приличное, но стрелять можно. В общем, по результатам маньчжурской кампании мое мнение однозначно в пользу мосинского автомата.

– Ну, – усмехнулся я, – тогда, значит, и я могу перестать таиться. Какое же, по-вашему, участие я мог принимать в разработке федоровского изделия? Моя фамилия Найденов, а не Калашников! Но вот эксцентрик к мосинской игрушке придумал я.

Вспомнилось, как полтора года назад Мосин показал мне первый опытный образец. Конструктивно он был очень похож на наш автомат под маузеровский пистолетный патрон, но стрелял все-таки с переднего шептала, а между стволом и затвором у него был качающийся рычаг. Ведь почему нельзя было применить ту же самую схему под более мощный патрон? Да просто свободный затвор в этом случае получался весом чуть за три килограмма. Вот Мосин и разделил этот самый затвор на две части: легкая передняя воспринимала импульс отдачи от донца гильзы и передавала его через рычаг на более массивную заднюю, причем так, что та двигалась втрое быстрее. А это означало, что потребная масса свободного затвора снижалась в квадрат трех, то есть в девять раз. Схема понравилась мне своей простотой и тем, что все движущиеся детали находились по оси ствола, но вот сам этот передающий рычаг… Где-то я уже видел такую конструкцию. Е-мое, да в первых двигателях же! Только не в наших, а в даймлеровских. Вместо кулачкового распредвала там как раз торчали какие-то шатуны с коромыслами, вроде вот этого. А если сюда вместо рычага сунуть эксцентрик наподобие кулачка распредвала, который, двигаясь назад, начнет поворачиваться? Сразу исчезает ось, куда насажена мосинская железяка, да и передаточное число можно сделать переменным, за счет простого изменения формы кривой толкающей части эксцентрика.

В общем, я предложил Мосину эту идею. И, так как любая инициатива по определению наказуема, вынужден был раз пять пересчитывать ему форму кривой, пока наконец не была найдена оптимальная… А теперь, значит, независимый и весьма квалифицированный эксперт оценил мои труды.

– Правда, тут есть одна маленькая тонкость, – продолжил Василий, – огрызок наподобие «аксушки» из мосинского автомата получился безобразный. Так что или пусть что-то придумывает, или компактную модель оставить федоровской.

– Пока оставим, – кивнул я, – их, укороченных, не больно-то и много надо. Ладно, значит, учитывая ваше мнение, я составлю свое… В общем, запускаем мосинский. Ну а вам завтра в Зимний, на церемонию награждения. «Георгиев» будет вручать лично император. Как там здоровье вашей уважаемой матушки? И можете подумать, где и как будете проводить отпуск – все ограничения на ваши перемещения сняты. Болтать, конечно, про тот мир не следует, это вы, я думаю, и сами понимаете.

– Да уж не совсем дурной, – кивнул Василий. – Тогда вопрос можно? Как тут у вас права получают, а то ведь я здесь, можно сказать, новенький: в Вольфшанце вообще ничего не нужно было, а в Маньчжурии все мои права и так при мне имелись. Я тут «чайку» решил купить и в отпуск проехаться по России, посмотреть… Не возражаете? А мать уже ходить начала, спасибо. Говорит, что теперь столько прислуги ей не нужно, мол, неудобно.

– Неудобно будет, когда только начавший ходить человек вынужден будет следить за всем домом, – отмахнулся я. – Прислуги там столько, сколько нужно, передайте, чтобы не смущалась. А насчет путешествия – езжайте, может, и мне чего интересного по приезде расскажете. Права у нас пока не строго обязательны, их ввели только с этого года, но лучше получайте сразу. Зайдите в сто двенадцатый кабинет, вам их там быстро нарисуют на все категории сразу.