Читаем Кант полностью

Первое сочинение Канта – документ эпохи, решившей вынести на суд разума все накопившиеся предрассудки. Авторитеты отменены, наступило новое время. Ныне, настаивает Кант, можно смело не считаться с авторитетом Ньютона и Лейбница, если он препятствует открытию истины, не руководствоваться никакими иными соображениями, кроме велений разума. Никто не гарантирован от ошибок, и право подметить ошибку принадлежит каждому. Карликовый ученый нередко в той или иной области знания превосходит другого ученого, который, однако, по общему объему своего научного знания стоит гораздо выше первого. Это уже явно о себе. «Истина, над которой тщетно трудились величайшие мыслители, впервые открылась моему уму». Написав такое, юноша спохватывается: не слишком ли дерзновенно? Фраза ему нравится, он оставляет ее, снабдив оговоркой: «Я не решаюсь защищать эту мысль, но я не хотел бы от нее отказаться». Получается нечто вроде компромисса.

Деталь характерна. В первой же работе Канта проявилось не только бескомпромиссное стремление к истине, но и явная склонность к разумным компромиссам, когда налицо две крайности. Сейчас он пытается «совместить» Декарта и Лейбница, в зрелые годы эта попытка будет предпринята в отношении главных философских направлений. Выявить противоречие, но проявить терпимость, преодолеть односторонность, дать принципиально новое решение, синтезируя при этом накопленный опыт, не победить, а примирить – вот одно из центральных устремлений будущей критической философии.

В университете Кант провел без малого семь лет. В 1747 году, не защитив магистерской диссертации, он покидает родной город. Но странствия его не дальние В трех глухих углах Восточной Пруссии он подвизается в должности домашнего учителя. Сначала это деревня Юдшен близ Гумбиненна; здесь Кант учит трех сыновей пастора Андерша. Коренное население – литовцы – сильно поредело после опустошительной чумы 1709 года; местность заселили переселенцами из французской Швейцарии. Пастор, выходец из Силезии, вынужден приноравливаться к своим иноязычным прихожанам. Кант видит, как «дети разных народов» могут уживаться на одной земле. Здесь у него возник интерес к литовской культуре, который он пронес через всю жизнь.

Летом 1750 года Кант перебирается в противоположный конец провинции, под Остероде. Теперь он оказывается в семье помещика. На его попечении снова три мальчика, сыновья майора Хюльзена. Младший из них, Георг Фридрих, сохранил на долгие годы симпатию к своему первому учителю. Не под влиянием ли Канта зародилась у будущего хозяина имения мысль освободить своих крепостных, что он и осуществил впоследствии? Сказать трудно. Но какие-то семена здравомыслия и нравственности Кант, видимо, заронил в душе своего воспитанника.

Третье учительское место – в семье графа Кайзерлинга. Биографы расходятся во мнениях, жил ли Кант в поместье графа под Тильзитом или наезжал из Кенигсберга в замок, расположенный близ города. Первое дошедшее до нас изображение Канта – рисунок графини Кайзерлинг. Молодая красавица увлекалась философией, злые языки утверждали, что увлечение распространялось и на появившегося в ее доме философа. И будто бы не осталось без взаимности.

В прусском захолустье Кант приобрел не только педагогические навыки. Он прошел хорошую школу житейского опыта, пригляделся к людям, познакомился с нравами в различных слоях общества. Книги плюс обилие свободного времени заложили фундамент будущей научной деятельности. Вернувшись в Кенигсберг, Кант привез объемистую рукопись по астрономии, первоначально озаглавленную «Космогония, или Попытка объяснить происхождение мироздания, образование небесных тел и причины их движения общими законами движения материи в соответствии с теорией Ньютона».

О том, что она скоро увидит свет, Кант сообщил в небольшой статье, напечатанной в июне 1754 года в двух номерах Кенигсбергского еженедельника. Статья была написана на конкурсную тему, предложенную Прусской академией наук: «Претерпела ли Земля в своем вращении вокруг оси, благодаря которому происходит смена дня и ночи, некоторые изменения со времени своего возникновения». Принять участие в конкурсе Кант, однако, не решился, премия была присуждена некому священнику из Пизы, который на поставленный вопрос дал отрицательный ответ. Между тем Кант в противоположность незаслуженному лауреату пришел к правильному выводу о том, что Земля в своем вращении испытывает замедление, вызываемое приливным трением вод Мирового океана. Расчеты Канта неверны, но идея правильна.