Читаем Канон полностью

— Я имею в виду, что ты только что изнывал со скуки, проигрывая Рону двенадцатую или двадцатую партию подряд, — сказала она, — и вдруг тебя словно подменили. Или будто ты вынырнул откуда-то совсем из другого места. У тебя вид был такой, как у моего кота, если оттащить его от миски со сметаной.

— Иди-ка сюда, — притянул я её к себе и обнял, крепко прижимая.

— Это, конечно, замечательно, — со вздохом сказала она примерно через минуту, — но на мой вопрос ты, похоже, отвечать не собираешься.

— На некоторые вопросы лучше не знать ответа до поры до времени, — ответил я в тон ей.

— До поры до времени? — переспросила она.

— Я тебе обещаю — когда мы закончим школу, я тебе всё расскажу, — сказал я. — Всё, что ни попросишь — прямо и без утайки. А пока…

— А что это вы тут делаете, а? — послышался изобличающий голос Рона сзади.

— Иди, иди отсюда, — шёпотом буркнула Гермиона, с неохотой от меня отстраняясь.

Как же это он вовремя! У меня как раз в штанах стало тесно — и на этот раз от простых обнимашек, да ещё и с кем — с Гермионой! Нет, так дальше жить нельзя, если у меня уже на Гермиону… Это же практически инцест! Сегодня же вечером поставлю Дафне ультиматум. Ну, может, не ультиматум, но потребую, наконец… Или попрошу. Если удобный случай выпадет. Шёпотом. Себе под нос.

— Рон, дружище! — обрадованно сказал я. — А мы тут тебя ищем!

— Зачем это? — подозрительно спросил он.

— Я как раз хотела спросить, собрался ли ты на завтрашний день в школу? — строго спросила Гермиона.

— А я как раз собираться шёл, — признался он.

— И дал крюка по дороге? — ядовито осведомилась она.

— Заблудился, — простодушно признался он и спросил с надеждой: — Ну, я пошёл?

— Иди, иди, — отпустила его Гермиона.

Чуть позже вечером меня в закутке перехватил Дублёр. Мы с ним прошли в потайную дверь.

— Что это было? — спросил он, сорвав вопрос у меня с языка.

— Момент из Сценария, — ответил я. — Только что был дома — и вот здесь, и меня Молли зовёт на разговор к Снейпу.

— И как всё прошло? — жадно просил он.

— Замечательно, — рассмеялся я. — В двух словах не расскажешь! Сам увидишь, когда спать ляжешь.

— А я перенёсся на твоё место, — кивнул он. — Рядом Панси и Астория, на коленях — голова Дафны.

— Ты им сказал?.. — спросил я.

— Сразу же, — успокоил он меня. — Они покачали головами и продолжили читать. Потом мы катались на поезде и играли, но Дафна вела себя прилично.

— Понятно, — кивнул я. — Гаджеты принёс?

— Обижаешь! — возмутился он. — Я — это ты.

— Ну, не совсем, — возразил я.

— Но гаджеты принёс, — продолжил он гнуть своё.

— Хорошо, хорошо, — согласился я. — Ну, я пошёл?

— Иди, иди, — кивнул он.

Я отправился в долгий путь по переходам. В какой-то момент я услышал позади тяжёлое дыхание неведомого чудовища и побежал, даже толком не подумав. Хотя — что тут думать? В кромешной тьме в узком подземном переходе к тебе кто-то бежит — стоит идти знакомиться? Да чёрта с два. Первое, что нужно делать в такой ситуации — бежать, а потом уже разбираться. В общем, и я припустил. Тяжёлое дыхание позади меня не отставало, и я уже бежал со скоростью зайца, у которого сердце ушло в пятки и помогает на месте. Я даже не заметил, как открылось второе дыхание, пробежал весь лабиринт в рекордно коротки сроки и пулей вылетел в знакомый пятачок прямо на группу подростков.

Обитатели трущоб меня узнали. А ещё они успели прочитать выражение ужаса на моём лице. И не думая побежали за мной, совершенно правильно рассудив, что если уж что-то на меня навело такой страх, то им там точно ловить нечего. Я услышал топот многих ног вслед за мной, и понял, что оказывается я могу бежать ещё быстрее. Честно скажу — Карл Льюис уже остался далеко позади, от стыда рыдая в отворот майки, и я уже догонял Деймона Хилла, который со страхом глядел на меня в зеркало заднего вида и пытался проломить пол педалью газа.

— Алекс! — донёсся до меня хриплый голос. — Алекс, стой!

Я резко затормозил, и подростки пронеслись мимо. Сзади, тяжело дыша, ковылял Сириус — всё в том же халате, тапочках и бандане. И нёс в руке всё тот же пустой бокал. Он дошёл до меня и остановился, склонившись вперёд и упёршись руками в колени. Он него валил пар, как в турецкой бане.

— Куда… — сказал он, одновременно пытаясь восстановить дыхание, — куда ты… несёшься?

— Я? — удивился я. — От страшного чудища убегаю.

— Это я… — признался он, — чудище…

Понятно. Чтобы не форсить по городу в халате, он вполне разумно перекинулся в пса. Потом обрадовался, увидев меня в переходе, и захотел пойти вместе. Только вот я отчего-то не захотел. Печаль, однако!

— Ты куда? — спросил я, двигаясь в сторону дома.

— Да с тобой, — поморщился он.

— А невесты? — поинтересовался я.

— Во первых, молодые жёны, — уточнил он. — А во-вторых, хоть поспят немного.

— Не понял, — вытаращил я глаза.

— А что тут понимать? — пожал он плечами. — У нас же медовый месяц.

— И? — я по-прежнему не мог осознать, что он пытается мне сказать.

— А, — махнул он рукой. — Сам когда-нибудь всё узнаешь.

— В обязанности крёстного входит воспитание крестника, между прочим, — напомнил я и пригрозил: — Пойду у Дэниела спрошу.