Читаем Канон полностью

Алиса, не говоря ни слова, по новой намылила мочалку и стала тереть той спину. Я нервно закинул в рот ещё кусочек попкорна, поскольку это явно было новое слово в кинематографе. Алиса потёрла ей плечи, шею, спину, потом перешла на ягодицы и присела, чтобы помыть ноги. Анджелина развернулась, и Алиса начала с ног двигаться вверх, на живот и на грудь, помыла ей плечи спереди и шею. Я потерял всякую осторожность, закидывая в рот попкорн целыми горстями — если бы не шум воды, то меня бы точно спалили. Алиса закончила, и Анджелина улыбнулась ей:

— Спасибо, сестрёнка. Давай, я тебе тоже спинку потру.

Выступление на “бис”. Я был на вершине счастья.

В раздевалке перед матчем я достал из кармана два мягких шарика.

— Рон, подойди-ка, — позвал я друга.

— Ну чего? — буркнул он. Похоже, ещё не отошёл от своей утренней истерики.

— Вот это затолкай в уши поглубже, — протянул я ему шарики.

— Это зачем ещё? — подозрительно оттопырил он губу.

— Ну, представь, начнёт сейчас Слизерин какие-нибудь дразнилки кричать, а ты гол пропустишь, — пояснил я.

— Не пропущу! — задрал он нос.

— А если пропустишь? — вкрадчиво спросил я.

— Не пропущу! — буркнул он и вышел, толкнув меня плечом. Доннерветтер, до чего же ты тупой, а?!!

Остальные тоже потянулись на выход, и тут Анджелина сказала:

— Алиса, ты за меня. Я со стороны посмотрю, — и двинулась в сторону трибуны.

— Э-э-э… — раскрыла рот от удивления Сниппет. Близнецы дружно заржали удачной шутке Джонсон и шлёпнули друг друга по ладони.

— Кэп? — вопросительно посмотрел я на неё.

Она обернулась ко мне, слегка задрав нос, чтобы бесстрастно смотреть на меня свысока. Я почувствовал себя неловко. Она меня прямым текстом просила никому не говорить о том, что вчера произошло, но сейчас у меня не было другого объяснения её странному её поведению, кроме как из-за последствий вчерашнего. Она боялась снова свалиться с метлы! Анджелина развернулась и пошла дальше, а я, догнав её, преградил дорогу.

— Что тебе надо, Гарри? — с кривой ухмылкой спросила она.

— Что такое, Энджи? — встревоженно спросила подошедшая Кэйти. — Почему ты не играешь?

— Ты, что ли, всерьёз? — возмутился Фред. — Это же игра со Слизерином!

— Вот и посмотрим, как вы без меня справитесь, — хмуро ответила Анджелина, отодвигая меня в сторону.

Я достал из кармана невесть как завалявшийся там кусочек попкорна и положил его себе в рот.

— Хрум!

Хоть вблизи стадиона и было шумно, но звук разгрызаемого попкорна произвёл эффект разорвавшейся бомбы. Кэйти и Алиса, как по команде, вздрогнули, и Кэйти начала стремительно бледнеть. Анджелина остановилась, словно наткнулась на невидимую преграду, и втянула голову в плечи, как при выстреле. Потом она начала медленно разворачиваться, и я видел, как краснеет её лицо и белки глаз. Она, сжав руки в кулаках, пошла на меня, словно бык на тореадора, а я попятился, движимый инстинктом самосохранения. Её лицо исказилось от гнева, и она перешла на бег, а я тоже вприпрыжку стал от неё уходить. Выбежав за границы стадиона, я прыгнул на метлу и, убедившись, что она сделала то же самое, по спирали начал уходить выше и выше, а она, забыв всё на свете, гналась за мной, что-то гневно крича вслед. Вдруг я услышал, как она хохочет. Я обернулся и увидел, как она летит, подставив лицо навстречу ветру, раскинув руки и радостно смеясь.

Я свернул вниз и полетел ко входу на стадион, и она последовала за мной. Я приземлился, она — тоже и решительным шагом направилась ко мне. Моё сердце ушло в пятки — импровизация, конечно, сработала на “отлично”, но взбучки мне, похоже, не избежать. Я бросил метлу и рванул в раздевалку, надеясь, что мне удастся спрятаться в каком-нибудь углу, а потом прошмыгнуть мимо… Тоже не вышло — Анджелина безошибочно вычислила мой план, и пёрла прямо на меня.

— Гарри! — позвала она меня несколько более ласково, чем предполагали обстоятельства. Я задрожал. — Иди сюда, гадёныш!

Мои лопатки упёрлись в стенку, и я понял, что это — конец. Нарочито неторопливо Анджелина, покачивая бёдрами, подходила ко мне.

— Всё рассмотрел, паршивец? — спросила она меня. Я проглотил ком в горле и кивнул. — Хорошо рассмотрел? — я снова кивнул. — И как тебе? Понравилось?

Я закрыл глаза и представил себя сапёром, который ошибается в жизни только один раз. В руках у меня кусачки. Какой провод резать? Красный или синий? Красный или синий? Красный или синий?!!

— Да, понравилось, — сказал я, зажмурившись ещё сильнее в ожидании удара. — Ты очень красивая.

Она подошла ко мне вплотную, и вдруг я почувствовал на губах её губы и язык. На автомате я ответил, и руки мои сами сомкнулись…

— Поттер, — сказала она, отрываясь от меня, — убери свои руки с моего зада.

— Ты правда этого хочешь? — я раскрыл один глаз и немного потискал её ягодицы.

— Нет, — выдохнула она и снова потянулась ко мне.

— Где они? — послышались с улицы ещё через пару минут голоса наших товарищей. — В раздевалке нет?

Анджелина, нахмурившись, с неохотой оторвалась от меня и хлопнула ладонью по груди.

— Спасибо, Гарри, — сказала она.

— За что? — удивился я. — Это мой долг.