— Не. Не учили! — отрицательно покачала головой Арина. И в самом деле, её не учили разуваться, заходя к врачу. Её учили надевать бахилы. Или проходить так, в обуви, если идёшь в элитную клинику.

— Ты считаешь, что это очень смешно, да? — строго спросил врач.

— Да, — кивнула головой Арина.

— Так, я понял, что ты остроумная, и смешная, но нет. Разочарую тебя. Это не так. Проходи сюда. Садись у моего стола.

Арина стянула чуни, бросив их у двери, достала из пакета выписной экспериз, и протянула врачу перед тем, как сесть на стул. Врач быстро прочитал бумажку, и попросил задрать рукав.

— Зачем? — недовольно спросила Арина.

— Давление естественно померю, Хмельницкая, для чего ж ещё, — насмешливо ответил доктор.

Перетянув руку Арины резиновым жгутом, он накачал грушу, померил давление, потом пульс. Провёл те же самые тесты на наличие сотрясения мозга, что неоднократно заставляли делать в больнице, и в конце концов, сдался.

— Ладно, Хмельницкая, вроде ты здорова, — заявил доктор. — До тренировок я тебя допускаю. Через неделю. Теперь я задам тебе один вопрос. Ты сама-то себя считаешь здоровой?

— Нет, — ответила Арина. — Как-то странно всё вокруг…

— Так… Всё ясно с тобой. Я мог бы, конечно, продолжить твоё веселье и сделать медосмотр очень весёлым, направив на ЭКГ, функциональную диагностику, сдачу анализов, посещение хирурга и невролога, но нет, поддерживать тебя я не буду. Вот тебе две справки. С одной пойдёшь сейчас в свою районную поликлинику к участковому терапевту, я ей напишу заключение. Экспериз заберёшь и отдашь ей. Пусть вклеит в твою карточку, мне он больше не нужен. Вот эта справка твоему тренеру Владиславу Сергеичу. Недельку посиди дома, потом приступай к тренировкам. Думаю, насчёт общей школы участковый терапевт скажет то же самое.

— Но я хочу уже сейчас тренироваться и учиться! — возразила Арина. — Чё дома-то сидеть?

— К сожалению, не могу, Хмельницкая, — решительно отрубил врач. — После стационара положено некоторое время на амбулаторное лечение. Минимум нагрузок. Раньше я не имею права тебя допустить до тренировок. Я и так иду навстречу и даю допуск без повторного посещения, чтоб ты не ходила сюда по морозу. Неделя домашнего режима, Хмельницкая! Думаю, Мария Евгеньевна, твой терапевт поступит так же. Ну… Всё, Хмельницкая, не болей. Вот экспериз, вот две справки.

Арина взяла свои чуни, стоявшие у двери врача, и в носках вышла в коридор — в кабинете в согнутом положении стоять было неохота, да и одеть обувь было довольно затруднительно. Присев на лавочку в коридоре, девочка обулась, и осмотрела, что написано в справках. Во всех сообщалось, что Людмила Александровна Хмельницкая, 1971 года рождения, признана здоровой. В одной справке написано, что к тренировкам в СДЮСШОР номер 1 города Екатинска допущена через неделю, а во второй справке: рекомендация к продолжению учёбы в общеобразовательной школе номер 37 через неделю. Теперь надо отнести вторую справку в детскую поликлинику. Осталось только выяснить, где она находится…

— Ааа… Эмм… — промычала Арина, просунув голову обратно в кабинет.

— Чего тебе, Хмельницкая? — терпеливо спросил доктор, подняв голову от каких-то записей.

— Не подскажите, как до поликлиники добраться? Я тут редко бывала. А сейчас… — Арина лихорадочно перебирала варианты, что происходит именно сейчас, и нашлась. — Мороз! Да! Сейчас мороз! И можно отморозиться, заблудившись тут!

— Детская поликлиника вашего района направо, за углом, через два дома. Третий дом тебе нужен. Ясно?

— Ясно. Спасибо, — поблагодарила Арина, и пошла в гардероб. Освоение города продолжается!

Глава 11

Детская поликлиника

Уверенность нарастала! Арина поняла, что и здесь можно жить! Правда, здешняя жизнь требовала намного больше усилий, чем обычный мир Арины, который казался ей более рациональным и удобным. Конечно, это легко можно объяснить разницей в 36 лет. Сеттинг СССР развит пока ещё слабовато.

Арина вышла на улицу и направилась к детской поликлинике, указанной подростковым спортивным врачом, и ещё на подходе поняла, что быть беде — рядом со входом стояли несколько санок для перевозки младенцев. С маленькой подушечкой и матрасом на сидушке. Это значило, что придётся контачить с самыми худшими посетителями детских поликлиник — яжмамками, о которых у Арины ещё с Иженска сложилось самое негативное мнение.

Детская поликлиника номер 3 встретила олимпийскую чемпионку отборным детским рёвом. Причём казалось, он доносился со всех сторон и даже сверху, отражаясь от потолка. Старая входная дверь кое-как открылась, удерживаемая мощной пружиной, а потом, отпущенная Ариной, хлопнула с такой силой, что задрожали стёкла в ближайших рамах. От такого мощного воздействия детский рёв только усилился. Заорали даже те дети, что до этого сидели тихо. Наверное, вспомнили, куда они попали.

— Ты дома так же хлопаешь? — недовольно спросила тетка в толстом свитере и юбке до пола, держащая за руку мальчика лет 3-х, как назло проходившая мимо двери.