Читаем Калгари 88 (СИ) полностью

Отдохнуть не совсем получилось. И если Соколовская сразу пошла на лёд, то местные девчонки в раздевалке устроили весёлую шуточную возню, толкая друг друга и громко хохоча. Арина, как девушка более взрослая и ответственная, присела на лавочку, закрыла глаза и словно замерла в обычной позе сидящего человека: спина прямая, плечи опущены, кисти рук опущены на колени. Тело в таком положении максимально расслаблено. Она знала, что даже кратковременный, всего в несколько минут, полноценный отдых без разговоров и в тишине способен делать фантастические вещи. Иногда в перерывах между тренировками, сидя вот так в раздевалке или где угодно, в тёмном закутке тренировочного катка, среди старых заливочных машин, лопат и вёдер, ей удавалось погрузиться в некое подобие дрёмы. Полусна, длящегося всего несколько минут. В это время происходило восстановление сил организма. Даже недосып из-за раннего утреннего пробуждения быстро сводился к нулю. После такой импровизированной медитации всегда становилось намного лучше не только в физическом, но и в ментальном состоянии. Голова становилась пустой и свободной.

Однако эта практика помогала лишь при одном условии: если медитации никто не мешал. Хоть фигуристки и пошли на лёд, но в раздевалке кто-то оставался, бегал и прыгал.

— Люся, что ты делаешь, ты спишь?— послышался рядом детский голос.

Арина открыла глаза. Анжелика! Стоит напротив и нерешительно переминается с ноги на ногу. Ребенок, что с него взять… Ещё нет соображения, что если человек сидит в одиночестве и дремлет, обращаться к нему с вопросом, спит он или нет, неприлично.

— Да, я сплю, — стараясь, чтобы голос прозвучал нейтрально, без лишней злобы, ответила Арина. — А сейчас уже нет.

— А научишь меня так спать? — бесхитростно спросила Анжелика, глядя наивными голубыми глазами, и широко улыбаясь во весь рот.

— Научу, — важно ответила Арина. — Садись сюда, рядышком. Готова? Закрой глаза, и представь себе, что ты находишься в старом доме, который стоит в старом саду, заросшем старыми деревьями…

— А потом из-под кровати выползает старая-старая рука, да? — звонко рассмеялась девочка. — Нет. Я в таком доме сроду бы не уснула. Люся, пошли! Тренер зовёт!

От ледовой арены раздался свисток, означавший что отдых закончен, и пора приступать к ледовой тренировке. Анжела взяла Арину за руку и потащила за собой.

— Куда ты меня тащишь? — со смехом спросила Арина, увлекаемая девчонкой. — Я и сама могу дойти!

— А просто так! —озорно покосилась Арина. — Побежали! Вперегонки!

— Стой, стой! Ты куда? — удивлённо спросила Арина, начиная бег. — Здесь же запрещено бегать вне тренировочных зон!

— Ну и что! Мы спортсменки! Давай! За мной, Люся! Догоняй!

— Эх… Пропадешь с вами! — пробормотала Арина, но тем не менее, побежала за девочкой.

Дверь на каток была закрыта, естественно, и, хотя довольно тяжела из-за двойной теплоизоляции, Анжелика, упёршись изо всех сил, распахнула её и тут же с грохотом закрыла перед самым Арининым носом.

— Не войдёшь, не войдёшь! — смеясь, крикнула из-за двери Анжела, но тут же следом раздался строгий голос Левковцева.

— Так! Это что за беготня здесь? Я гляжу, у тебя, Барышникова, слишком много сил. Так что будешь сейчас делать фигуры, пока не будут получаться более-менее приемлемо.

Девчонка смущённо рассмеялась, но по всему видно, что она ни капельки не пожалела о своем поступке. Была она егоза и озорница, причём все это знали, вплоть до директора ДЮСШОР, но, как самой младшей, ей всё прощалось.

Арина распахнула дверь и вошла внутрь. Пахнуло холодом. По катку уже давала круги Соколовская, с хрустом рассекая свежий, только что залитый машиной лёд. Рядом Левковцев наблюдает за её катанием. Остальные фигуристки сидели на лавочке у бортика — ждали Арину и Анжелу.

— Вы где отстали, потеряшки? — спросила, и тут же смущённо засмеялась Нина, чуть полноватая светловолосая девочка лет двенадцати.

— Мы… Эмм… Сидели в раздевалке, — невозмутимо ответила Арина, чуть отведя взгляд. Конечно, ей было стыдно признаваться, что она повелась на предложение Анжелики к беготне, хоть и знала, что это запрещено правилами спортивного комплекса. Почему согласилась? А потому что и внутри Арины Стольниковой до поры до времени дремал пакостный весёлый бесёнок.

— Смотрите, смотрите, как Соколиха фигуры вычерчивает! — завистливо сказала Жанна, наблюдая за режущей лёд Соколовской. Нахалка и в самом деле хороша. Катается она на глубоких рёбрах, быстро меняя направления движения. Её катание смотрелось очень качественным, это надо признать. Почти такое же было и у Арины Стольниковой в другой жизни, потому что она обладала схожим телосложением.

— А чё это она одна катается? Ей чё, можно? — спросила Арина, мрачно наблюдая за Соколовской. — Тренер ещё задания не давал? Почему она одна там?

— Ей можно! — прикрыв рот ладошкой, чтоб не услышала Соколовская, ответила Жанна. — Она идёт на чемпионку города, а потом на областное первенство! Директор разрешил! Да и кто ей запретит? У ней папа знаешь кто???

— Не, не знаю, — отрицательно качнула головой Арина. — Крутой что ли? Или мафия?