Читаем Кальдорас полностью

— Мне говорили, что я произвожу такое впечатление на людей. Заранее спасибо.

Она снова вздохнула и что-то пробормотала себе под нос. Джордан никогда не видел ее такой неотесанной, но прежде чем он успел что-либо сказать, двери в столовую снова открылись. На этот раз вошли не слуги, а еще одно знакомое лицо — второй учитель детства Д.К., мастер Инг, его изумрудное пальто с высоким воротником развевалось за спиной, когда он шел к ним.

— Твое время со мной подошло к концу, — сказала госпожа Альма. — Желаю хорошего дня.

Джордан удивленно моргнул, когда она поспешила выйти из комнаты, оставив его наедине с внимательным темноглазым мужчиной.

— Тогда пока, — крикнул он ей вслед, но она уже ушла.

«Джордан Спаркер, пожалуйста, следуйте за мной», произнес мастер Инг прямо в сознание Джордана. Д.К. как-то поделилась, что за все годы, что она училась у него, она ни разу не слышала голоса Инга — на самом деле, она даже не знала, умеет ли он говорить ртом.

Инг был значительно менее пугающим, чем Альма, но Джордан лишь мельком общался с ним за те годы, что прошли с их первой встречи, и очень мало знал о роли наставника во дворце. Поэтому Джордан заинтриговано последовал за ним из столовой по золотым коридорам, и между ними воцарилось молчание. Это не вызывало дискомфорта… скорее, умиротворяло, давая Джордану возможность осмыслить все, что произошло за этот день, а также обдумать все стоящие перед ним задачи.

Довольно скоро они оказались в глубине дворца, в обширном крытом саду бабочек. Инг повел его по усыпанным галькой дорожкам сквозь заросли, похожие на джунгли, мимо прудов и журчащих ручьев, прямо к центру помещения со стеклянным куполом. Деревья, кустарники и цветы — так много цветов — заполняли сад, а также тысячи и тысячи бабочек.

Остановившись у деревянной скамьи у спокойного ручья, мастер Инг сказал:

«Пожалуйста, присаживайтесь».

Джордан нерешительно сел, и Инг сел рядом с ним.

Джордан ждал.

И ждал.

И ждал.

Размышляя, не должен ли он, возможно, вмешаться в то, что они здесь делают, он небрежно заметил:

— Здесь, конечно, мило и жарко.

«Мило» — понятие относительное. Приятная температура внутри купола вынудила Джордана сразу же после входа закатать длинные рукава, и его кожа быстро покрылась липким потом.

Инг не ответил на комментарий Джордана, но в конце концов заговорил.

«Король и королева рассказали мне о ваших намерениях относительно принцессы и попросили моей помощи в выполнении вашего следующего задания».

Об этом Джордан догадался сам.

«Госпожа Альма, должно быть, рассказала вам, что большая часть королевской роли основана на физическом восприятии — на том, как вы представляете себя миру и как взаимодействуете с его обитателями», — продолжал мастер Инг, не обращая внимания на бабочку, которая только что приземлилась ему на голову. «Но требуется гораздо больше, и большинство из этого публика никогда не увидит. Корона — это привилегия, но она также может быть и бременем, приводящим к эмоциональным и умственным потерям, которые порой являются одновременно сложными и изнурительными».

Он помолчал, словно желая убедиться, что Джордан слушает, а затем продолжил:

«Члены королевской семьи всегда должны сохранять невозмутимый вид. Они должны излучать спокойствие и уверенность. Если потребуется, достаточно сыграть роль, но ради вашего долгосрочного благополучия вам будет очень полезно, если вы сможете создать свой собственный внутренний сад», — он многозначительно обвел взглядом тихое пространство, окружавшее их, — «и наполнить его бабочками».

Джордан приподнял бровь.

— Вы хотите сказать, что хотите, чтобы я… заставил бабочек порхать у вас в голове?»

Мастер Инг кивнул, стряхивая разноцветное насекомое со своей головы и заставляя его улететь.

«Да, это метафорические бабочки. Те, которые олицетворяют терпение, терпимость, спокойствие, внимательность, почтительность и тому подобное. Когда бы вы ни нуждались в этих «бабочках», они уже будут у вас внутри, если вы будете их кормить и лелеять».

— Э, — сказал Джордан. — Речь идет о внутренней силе… стойкости ума, эмоциональном интеллекте и тому подобном, верно?

«Верно», — сказал мастер Инг.

Испытав облегчение, Джордан уверенно улыбнулся и сказал:

— Я всегда хорошо справлялся с подобными вещами, а также с людьми… им требуется немало усилий, чтобы вывести меня из себя. Итак, мой внутренний садик довольно ухожен. Терпение, спокойствие, внимательность — все, что вы перечислили, я бы сказал, что я уже сделал этих бабочек.

«Замечательно», — сказал Инг с ноткой веселья в голосе. «Тогда эта задача должна быть для вас легкой».

Учитель вытащил что-то из складок своего изумрудного пальто: пустую книгу с чистыми страницами без линовки. Он протянул ее Джордану, а затем набор цветных карандашей.

Джордан, уже не веря своим глазам, вопросительно посмотрел на учителя.

«В этом саду обитает более трех тысяч различных видов бабочек — настоящих, а не метафорических», сказал мастер Инг. «Ваша задача — зарисовать как можно больше из них до моего возвращения».

Джордан моргнул, глядя на него. Затем моргнул еще раз.