— Как ты уже догадываешься, неизвестная направлялась к той самой раненой. Однако полицейские, дежурившие там, не пустили левую медсестру. И в итоге…

Он не смог закончить и вновь вздохнул. А за него продолжила Айяно:

— У незнакомки оказалось оружие. Она была наёмницей. В итоге, один полицейский убит, второй находится в тяжёлом состоянии и до сих пор не пришёл в себя. Ну а женщину, которую они охраняли, тоже пристрелили.

— Что?! — крик вырвался сам собой. — Да как такое вообще могло произойти? В центре города!

— Вот так, — развела руками сестрёнка. — Мы приехали на работу, а там все, словно с ума сошли. Везде снуёт полиция, всех задерживает и допрашивает, — вздохнула и она. — В общем, тяжёлый сегодня денёк был, Изаму.

— Ого, — только и пробормотал я, даже боясь представить, насколько они сейчас измотаны. И всё, что я мог сделать, это помочь с ужином. — Если вы поели, то идите отдыхать, а я приберусь.

— Справишься? — ухмыльнулась Айяно.

— Обижаешь, — в тон ей ответил я.

— Спасибо, братик, — на её лице появилась благодарная улыбка, от которой сразу же стало тепло на душе.

Глава 31

Я быстренько убрался в зале, загрузил посудомойку и отправился к себе. Сна вновь не было ни в одном глазу. И так, проспал почти полдня. И уж тем более я вряд ли усну после того, что мне рассказали. Мало того, что меня распирала злость на такую безнаказанность и вседозволенность, так ещё и в сердце прокрался страх.

А что, если бы рядом оказались отец или сестрёнка? Наёмница явно не собиралась оставлять за собой следы.

— Мразь, — прорычал я от злости, садясь за стол.

Настроение вмиг испортилось. Опустив взор, увидел на полу бутылку с остатками вина. Сперва хотелось вылить это пойло в унитаз, вот только злость, что бурлила во мне, брала верх над эмоциями. Следовало хоть как-то расслабиться, поэтому налил в бокал всё, что осталось. Вышло немного, даже меньше половины, но хоть что-то. Как ни крути, а вкус у этой штуки довольно приятный. Поэтому я решил посмаковать напиток, и настроение значительно улучшилось.

— Ну хорошо, сучка, — пробормотал я, в голове созрел план, как выплеснуть эмоции. — Ты получишь своё.

Я ведь уже говорил, что часто приписываю своим хейтерам роли в той или иной новелле? Там, где они становятся гомиками или дрочерами.

Собственно, у меня такое часто происходит. Нет, хейта, как ни странно, много не бывает. Я имею в виду, что свои эмоции и переживания переношу в произведения. Конечно, интерпретирую их по-разному, но зачастую пишу то, о чём сам переживаю и думаю. Не знаю, поступают ли так другие авторы, но мне от этого становится легче. Я делюсь своими переживаниями, так сказать, выговариваюсь.

Вот и сейчас следовало выплеснуть злость и ненависть к этой зелёноволосой стерве. Конечно, я не знаю, как именно она выглядит. Наверняка это был парик. Но моей фантазии хватит, чтобы представить всё, что произошло, но под другим углом и с иной развязкой.

«Чёртова Якудза. И как можно было попасться на этот глупый трюк?

Я лежал в палате с перебинтованным плечом. Белые стены и потолок внушали спокойствие, вот только оно усердно меня отвергало. Я не мог думать ни о чём другом, кроме как о погибшем напарнике.

Сегодня нас обложили со всех сторон. Мы практически добрались до одного из главарей легендарной преступной организации, когда нас окружили и открыли огонь. Мы отступили на катер, который через пару секунд взорвали. Но каким-то чудом мне удалось спастись. Ударная волна отбросила далеко за борт в холодную воду. А вот Фуджин…

— Суки, — прорычал от ненависти, сжав кулаки, и в тот же миг скривился от боли.

Всё же одна шальная пуля достигла цели.

За окном стояла ночь. Такая же мрачная, как и мои мысли.

Тихонько скрипнула дверь, и в палату вошла медсестра. Длинные зелёные волосы падали на плечи и струились по груди. Милое улыбчивое личико.

— Ако-сан — произнесло она томным голосом. — Вам необходим отдых, а вы не спите. Позвольте я дам вам немного успокоительного?