Читаем Каятан полностью

Первым, как, впрочем, и вторым, что бросалось в глаза, – было степью. Огромные просторы ровной земли, покрытой короткой травой, нас окружали с севера и юга. На западе и востоке, разумеется, тоже степь, но на востоке от взгляда ее скрывал массивный широкий холм, часто утыканный приземистыми дубами, а на западе через десяток километров она упиралась в Игские горы, от которых сейчас были видны только макушки: по сравнению со всей степью, холм находился немного в низине.

Я еще раз окинул взглядом холм: откуда он тут взялся? Посреди степи даже деревья не растут. Может быть, здесь подземные воды неглубоко, или еще что-нибудь в этом роде?.. Подумав о воде, я вдруг вспомнил, что ужасно хочу пить… Ну, и есть заодно… однако пить все же сильнее.

Интересно, а если деревья питались бы, например, от подземных вод, то, наверное, где-нибудь неподалеку можно было бы отыскать небольшой родничок и, если не наловить в нем рыбы, то хотя бы напиться.

Мик с Книлом наверняка еще некоторое время проспят, так что можно пока попробовать обойти холм вокруг. Наверное, больше шансов, что родник, если он имеется, бьет где-то снизу: подняться на довольно высокий холм воде было бы не просто. Наверное… Так я думал сначала, но, сделав пару десятков шагов и не обнаружив никаких признаков источника, решил все же подняться наверх.

Оказалось, холм имеет довольно правильную форму. Поднявшись по склону, я вышел на почти ровную поверхность. Она тоже была покрыта деревьями, – только здесь они становились более частыми. Хотя ширина у этого лесочка была совсем небольшая.

Сделав десяток шагов, я заметил впереди просвет, как будто деревья окружали какое-то пустое пространство в центре холма. Еще три десятка шагов – и… Да, действительно, мне пришлось прищуриться от ярко светящего солнца: деревья росли по краю круглой площадки метров двадцати в диаметре, покрытой твердой черной землей без единой травинки. Землю без порядка покрывали разных размеров белые камни. Сильно бросался в глаза получавшийся контраст.

Я пошел напрямую через круг, стараясь не задевать камней. Это было не сложно, так как они лежали не слишком часто. Внезапно я почувствовал… что-то непонятное, смутное, ничем не выраженное беспокойство. И – вдруг ощущение сразу пропало. То есть, я бы даже сказал, не пропало, а – иссякло, настолько слабым оно было. Хотя мне могло просто показаться….

Н-да, ничего нет. В общем-то, можно возвращаться: в конце концов, степь – не пустыня, здесь деревья могут питаться и от дождя. Кажется…

Я все-таки дошел до конца круга. Земля также была покрыта белыми камнями. Какое-то время я бесцельно топтался на месте.

Вдруг мое внимание привлек один из камней. Чем привлек – не имею никакого понятия. Размерами камень был примерно с две моих головы. Еще немного постояв на месте, я пожал плечами и, подойдя к камню, сдвинул его с места. Под камнем обнаружилась… земля, абсолютно такая же, как в и любой другой части круга. Наверное, уже можно было бы и уйти, но вместо этого – где тут логика? – я опустился на колени и начал копать.

Минут через пять, когда я уже в полной мере успел ощутить себя идиотом, ладонь нащупала острый уголок какого-то предмета. Еще пара движений – и у меня в руках оказалось нечто, напоминающее очертаниями небольшую тетрадь или книжицу.

Отряхнув находку от остатков земли, я убедился, что это действительно тетрадь. Прекрасно отделанная гладкой черной кожей, не имевшая на себе никаких надписей, она казалась совсем новой. Обнаружь я такую в мастерской книжного переплетчика – ни на секунду не усомнился бы в «свежести» товара, а ведь она могла пролежать здесь не один год. Хм, интересно, что же внутри?..

Шершавые желтые листы оказались девственно чисты, даже страницы не пронумерованы. Я еще раз оглядел вырытую мной яму. Оглядел и понял, что копать больше не стану. И так уже в плече заломило. Неожиданно для себя я вспомнил, что копал обеими руками, а ведь всего полчаса назад казалось: несколько дней левая мне не помощница. Да, теперь точно не помощница, эк прихватило-то…

Назад, под наше дерево, я возвращался куда менее бодрым шагом, по пути то и дело перелистывая тетрадь: нет, никаких надписей не было. Как выяснилось, вернулся я вовремя – Мик уже начинал поднимать панику. Книл все еще спал.

– Ты где был? – было первое Миково нематерное выражение уже минут через пять после моего прихода.

– За водой ходил, – ответил я, хотя, если честно, вспомнил я об этом только сейчас.

– И чего принес? – немного охладил он пыл.

– Вот, – я показал ему тетрадь.

– Это не вода, – точно определил он.

– Да, верно, – задумчиво ответил я.

– Издеваешься? – осведомился он уже спокойным голосом.

– Разве что самую малость… – признался я.

– Ладно, – Мик вздохнул.

Еще немного потоптавшись на месте, он уселся под дерево, прислонившись спиной к стволу. Сунув тетрадку за пазуху – в конце концов, она ведь и денег стоит, – а они нам рано или поздно понадобятся, – я уселся рядом с ним. Посидели.

– Что будем делать? – спросил Мик спустя пару минут.

Надо же… я и сам думал об этом.