Читаем Каблуки в кармане полностью

Поезда, набитые хмельными гражданами, каждый день курсируют между двух столиц. Нет, надо признать, финны тоже пьют будь здоров как. В мое купе по ошибке однажды влетела такая стокилограммовая обезьяна, что я, словно потрясенный йоркширский терьер, едва не умерла на месте от разрыва сердца. Глазами, похожими на куриные яйца, пьяное волосатое чудовище обвело чужую территорию, удивилось, практически без акцента произнесло «…твою мать» и вывалилось обратно в коридор. Так что пить эти ребята и сами умеют. Больше того, они умеют делать это целым городом…

Были майские праздники. Тепло, светло, погодка чудная и как-то везде подозрительно тихо. Мы с любимым лениво волоклись от одного закрытого ресторана до другого, радостно приветствуя редких прохожих, попадавшихся на нашем пути. Через час мы вышли на балкон гостиницы и потеряли сознание. Было похоже, что в Хельсинки притащили Каабу и начался грандиозный скандинавский хадж. Город затопило людьми. Их были тысячи. Почти все нацепили белые бескозырки в стиле Никиты Михалкова, и все были пьяны в сосиску. Понятное дело, мы не могли оставить все это без внимания, быстренько собрались и поскакали навстречу судьбе.

Догадываюсь, почему тогда так веселился любимый. При виде ТАКОГО количества пьяных любой мужчина понимает, что шансов ввязаться в кровавую и беспощадную драку намного больше, чем в двухместном номере приличного отеля. У него прямо ноздри раздувались, пока мы переходили от одной группы веселых финских парней к другой. К тому времени я уже понимала, что мужчина – это гибрид животного и ребенка, если повезет – кое-как обученный мамой не есть руками и не писать в общественных местах, поэтому желание любимого немедленно убить кого-нибудь в этой толпе воспринимала как милую и даже полезную для его организма шалость. Однако в тот день у него ничего не получилось.

Целый город два или три дня пил не останавливаясь, и не произошло НИ ОДНОГО, скажем так, эпизода! Никто никого не побил, не убил и не покалечил. Ни один финн не выпал из окна, не вырезал квартал, не угнал чужой и не расколотил свой автомобиль и не ограбил ни старушку, ни супермаркет. Вопиющие случаи составили три финских подростка, в голом виде стыдливо купавшиеся в ледяной воде залива, и две девушки, уронившие бутылку шампанского на мостовую. И это при том, что в небе над городом не барражировала эскадрилья военных вертолетов, войска не патрулировали улицы и даже полицейские машины не мозолили глаза на видном месте. Мы были потрясены. Нам казалось, утром на улицах будут лежать трупы, а эти люди пришли на свою мегапьянку с детьми и стариками.

Насмотревшись на все это, мы с любимым тоже отличились. В принципе произошедшее могло случиться где угодно, но усугубилось тем, что в Финляндии очень вкусное пиво. В последний вечер мы распробовали новый сорт и зачем-то начали спорить обо всем на свете. Какова численность населения Камбоджи, в каком возрасте комар приобретает способность пить кровь, сколько еще детей усыновит семья Бреда Питта и смогу ли я пройтись на руках от кровати до порога.

Наскоро разрешив более простые задачки, на последней мы забуксовали. Наконец мне надоело доказывать, что я не верблюд, я плюнула, дунула, подбоченилась и, коротко разбежавшись в коридоре, прыгнула на руки. Дальше обнаружилось, что я не просто умею стоять и ходить на руках, я еще бегаю на них, как преступник от правосудия. К сожалению, дверь в наш номер оказалась не заперта и очень скоро о моих способностях узнали совершенно незнакомые люди.

Со звуком, похожим на отрыжку перезагружаемого холодильника, я вывалилась в коридор прямо под ноги не ожидавших и сотой доли чего-то подобного, опрятных и одинаковых японских туристов. Предположить, что случилось в сознании восточных людей, когда прямо перед ними из номера чопорного финского отеля вылетела полуголая веселая женщина, да еще почему-то вверх ногами – невозможно. Потрясенные японцы замерли, карты города посыпались из их ослабевших пальцев, а я, понимая, что номер удался, продолжила лежать на паласе, не в состоянии ни рукой, ни ногой пошевелить от нечеловеческого восторга. Обнаружив, что летающая женщина не просто тихо лежит, а еще и громко всхлипывает, японцы в ужасе рванули прочь.

А уже спустя несколько дней я с грустью допивала последнюю банку финского пива и смотрела на залив. Надо же, и кому-то здесь бывает скучно! Накануне я, как в кино, целый вечер провела в богемной кафешке, не в силах оторваться от наблюдений за местными жителями. За два стакана пива я развлеклась на полную катушку. Надо сказать, что мировая индустрия моды как-то стороной обошла этот благословенный край. Мягко говоря, финны одеваются или скромно, или странно. Молодежь предпочитает дешевый ширпотреб популярных марок, но люди постарше… вот они часто дают жару. Пару раз я встречала на центральных улицах пожилых женщин в таких нарядах, что, казалось, они приехали в столицу выгуливать своих оленей.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Авиатор
Авиатор

Евгений Водолазкин – прозаик, филолог. Автор бестселлера "Лавр" и изящного historical fiction "Соловьев и Ларионов". В России его называют "русским Умберто Эко", в Америке – после выхода "Лавра" на английском – "русским Маркесом". Ему же достаточно быть самим собой. Произведения Водолазкина переведены на многие иностранные языки.Герой нового романа "Авиатор" – человек в состоянии tabula rasa: очнувшись однажды на больничной койке, он понимает, что не знает про себя ровным счетом ничего – ни своего имени, ни кто он такой, ни где находится. В надежде восстановить историю своей жизни, он начинает записывать посетившие его воспоминания, отрывочные и хаотичные: Петербург начала ХХ века, дачное детство в Сиверской и Алуште, гимназия и первая любовь, революция 1917-го, влюбленность в авиацию, Соловки… Но откуда он так точно помнит детали быта, фразы, запахи, звуки того времени, если на календаре – 1999 год?..

Евгений Германович Водолазкин

Современная русская и зарубежная проза
Ход королевы
Ход королевы

Бет Хармон – тихая, угрюмая и, на первый взгляд, ничем не примечательная восьмилетняя девочка, которую отправляют в приют после гибели матери. Она лишена любви и эмоциональной поддержки. Ее круг общения – еще одна сирота и сторож, который учит Бет играть в шахматы, которые постепенно становятся для нее смыслом жизни. По мере взросления юный гений начинает злоупотреблять транквилизаторами и алкоголем, сбегая тем самым от реальности. Лишь во время игры в шахматы ее мысли проясняются, и она может возвращать себе контроль. Уже в шестнадцать лет Бет становится участником Открытого чемпионата США по шахматам. Но параллельно ее стремлению отточить свои навыки на профессиональном уровне, ставки возрастают, ее изоляция обретает пугающий масштаб, а желание сбежать от реальности становится соблазнительнее. И наступает момент, когда ей предстоит сразиться с лучшим игроком мира. Сможет ли она победить или станет жертвой своих пристрастий, как это уже случалось в прошлом?

Уолтер Стоун Тевис

Современная русская и зарубежная проза