Читаем Каблуки в кармане полностью

Для начала мы простили хозяина «дачи». Он, правда, еще некоторое время держался поближе к лесу – на всякий случай, хотя ему давно не о чем было беспокоиться. Оживленные свежим ветром и алкоголем, все с энтузиазмом занялись делом. Мы мгновенно распределили обязанности, кто-то взялся распаковывать провиант, кто-то принялся утаптывать снег перед домом, кто-то бросился собирать дрова и щепки для костра и печи, кто-то радостно сообщил, что нашел сразу много. Тут, правда опять появился хозяин и простонал: «Скоты, это забор! Забор не трогать!» Тем временем кто-то уже закапывал спиртное охлаждаться в снег, тут же кто-то ставил флажки над зарытым, инициативная группа вошла в постройку, и вскоре оттуда повалил густой пар, потом дым, потом опять пар, потом от удара чуть не вырвало окна, потом из трубы вылетел снаряд, и над полем раскрылся серебристый парашют фейерверка.

Солнце село, встала луна. Жаль, что никто не слышал тогда наших песен, не видел наших плясок, не пробовал нашего шашлыка под водочку! Ближе к ночи в джипе замерз термометр и показал плюс тридцать. Мы немедленно объявили пляжный сезон и стали уточками нырять в сугробы, показывая класс и поднимая фонтаны белой пыли. Потом были объявлены состязания – кто быстрее зароется в снег, кто быстрее откопается, кто первый кувырком пересечет картофельное поле, а кто красивее всех украсит своим телом большую сосну. Потом кто-то зачем-то заорал, что только что видел медведя, и мы, побросав свои игрушки, побежали угощать его шашлыком. Медведя мы, слава богу, не нашли, зато вычислили того, кто его «видел»… но тот вовремя соврал, что медведь был белый и теперь, если он не захочет, мы его никогда не найдем. Мы подумали, согласились, съели подарочный шашлык и затянули песню…

К утру птицы, пролетавшие над нашим бивуаком, могли видеть перерытое во всех направлениях поле и полуразвалившуюся хибару, из которой торчали чьи-то валенки. Наверное, птицам казалось, что в полях высадился инопланетный десант или оттаяли недобитые французы. Тем временем «французы» продирали глаза, выползали на свет божий, заново открывали для себя радости жизни и делились воспоминаниями о пережитом.

Оказывается, одни вчера все-таки встретили медведя, а другие явственно видели многотонный звездолет, сидели в нем и даже вроде немного покружили над поляной. Кто-то вспомнил, как ночью у хозяина проснулась ответственность и он, отловив очередного снежного человека, заносил его в список и заводил в дом. Список состоял из насечек на бревне, а из-за того, что «снеговики» норовили «еще разок сбегать к костру и допеть куплет» или покататься на звездолете, насечки множились и показывали, что количество гостей неуклонно приближается к полусотне.

Однако нас было значительно меньше, и мы были слабыми и деморализованными. Это стало очевидно, когда после затяжного завтрака самые крепкие все-таки встали на ноги и засобирались в обратный путь. Наш джип замер и превратился в мебель. Мы все впряглись в него, и теперь пролетающие птицы могли видеть, как группа интеллигентных людей изображала полуживых бурлаков на заметенных снегом просторах отчизны. Потом мы слабыми руками откапывали остальной транспорт и с удивлением обнаружили вместо трех легковушек четыре старых трактора и один… звездолет. Потом со скоростью 30 километров в час плелись по шоссе, моля судьбу, чтобы в тот день она не свела нас с гаишниками. Потом бóльшая часть отдыхавших неделю отлеживалась под покрывалами, хлебала аспирин и сосала лимоны, а кто-то сошел с ума, нарисовал медведя и начал рассылать его портрет по электронной почте.

Отдышавшись, мы признали свои ошибки. Нет, конечно, было страшно весело, и по счастью, все те, кто уехали, по списку вернулись домой. Однако, очевидно, дачу надо было выбирать потеплее, посвободнее, поближе – ее вообще надо было выбирать. Хозяина следовало втянуть в беседу о том о сем, когда фундамент строился, сколько комнат, есть ли печь, центральное отопление, магистральное электричество, розетки, соседи, дрова, газ, соль, спички, медведи…

В результате местом нашей следующей стоянки стал трехэтажный каменный особняк на границе МКАД. Там были автоматические ворота, теплый гараж, заасфальтированные дорожки к дому, лужайка с подогревом, немного снега под забором и три невысокие ухоженные елки. Бродя между ними с хрустальными бокалами красного вина, мы грустили, вспоминая кривой дом из фанеры и белого медведя…