Бобёр умолк, размышляя о предстоящих задачах и целях, которые требовали своего разрешения. Победа в войне с армадой вторжения — это лишь определённый этап, необходимо было ещё и сурово наказать агрессора пришедшего поработить человечество. Необходимо было у врага раз и навсегда отбить охоту повторять нечто подобное вновь. Нужна была Реконкиста, большой поход в логово врага, но до этого было ещё далеко, а сейчас надо было сосредоточится на захвате Новой Тортуги и Хипори с последующим удержанием этих стратегически важных направлений. Сопротивляться враг будет отчаянно, это вопрос выживания для него….

— Командир, мы непременно справимся и покажем армаде вторжения большую такую кузькину мать, от которой врагу ой как долго будет болезненно икаться! — С пылающим взором, яростно взревел Верещагин, крепко сжимая немалые свои кулачищи способные скрутить в бараний рог настоящую кованую подкову.

— Я в этом нисколько не сомневаюсь Василий Петрович. — Негромко отозвался Бобёр, вновь себя, ощущая не очень хорошо, его вновь начало подташнивать и, с этим надо было срочно что-то делать. В таком состоянии идти на штурм никуда не годилось.

— Да, и вот ещё что, вышлите мне ваши координаты, я немедленно вылетаю к вам. — Распорядился Бобёр и, попрощавшись с адмиралом, отключил связь и присел, прикрыв глаза, негоже было видеть Верещагину его слабость, тем более в преддверии грандиозного контрнаступления на врага, чтобы тем самым не подорвать боевой дух личного состава.

— Наследник, тебе необходимо срочно ложиться в медицинский бокс на излечение. — Настойчиво потребовала Марго, с немалым беспокойством сканируя тяжёлое физическое состояние своего подопечного.

— Надо, — согласился Бобёр, — но несколько позже, а сейчас выведи мне все материалы, которые выслал мне адмирал Верещагин.

С неудовольствием Марго покачала головой, но была вынуждена, подчинится и вывела на экран несколько вариантов плана штурма Новой Тортуги и Хипори. Бобер, тяжело вздохнув, взялся внимательно их просматривать и сопоставлять. Различия были, причём достаточно серьёзные, учитывающие всевозможные факторы, в том числе маловероятные. Штаб флота под командованием Верещагина, знал толк в своём деле и основательно проработал предстоящую атаку, учитывающую буквально все возможные варианты, вот только всё это были, по сути, наброски, так как имелся достаточно существенный пробел из-за недостатка разведывательных данных. Особой проблемой это не являлось, для столь квалифицированных штабистов внести соответствующие коррективы не составляло труда, были бы в наличии необходимые данные….

Провозившись более чем два часа, Бобёр грузно поднялся и, хотел было сделать шаг, но вдруг зашатался и чуть не упал, голова кружилась невероятно. Постояв в недвижимости несколько мгновений, он, ощутив нестерпимую горечь в горле, поднял свой взгляд на Марго и очень тихо заговорил:

— Да, похоже, действительно необходимо срочно в реанимационную камеру ложиться, а то что-то мне совсем уж худо делается.

— Давай-давай, лечиться тебе надо. За время перелёта подлатаем твою тушку, будешь как новенький. — В нетерпении проворчала Марго, опасаясь, как бы её подопечный не передумал и вновь не отложил столь ему необходимую медицинскую процедуру очищения организма от вредоносного токсина и регенерации повреждённых тканей, а также восстановления иммунной системы.

Согласно кивнув, Бобёр нетвёрдым шагом направился в медицинский блок, время от времени останавливаясь, чтобы отдышаться, с каждым пройденным шагом, ему становилось всё труднее и труднее дышать. Мутилось в голове и, усиливающаяся тяжёлая отдышка изматывала, но он целенаправленно шёл и шёл, пока не добрался до необходимой двери. Она открылась, и Бобёр вошёл и, медленно скинув одежду, прилёг на выдвинувшийся из камеры лежак и спустя пару минут погрузился в глубокий сон.

Глава 9

Сознание после глубокого сна вернулось мгновенно. Не открывая глаз, Бобёр прислушался к себе и ощутил лёгкость во всём теле, лечение явно пошло ему на пользу. Приоткрыв веки, он осмотрелся и осторожно поднявшись, подошёл к дивану, на котором валялась его разбросанная одежда, и стал одеваться. Натянув комбинезон, Бобёр покинул медицинский отсек и направился в рубку. Дышать было легко и свободно, голова не кружилась и, больше не подташнивало, древнее медицинское оборудование было абсолютно исправно и работало выше всяческих похвал и это не могло не радовать.

Войдя в рубку, Бобер, еле слышно насвистывая любимую мелодию, подошёл к креслу пилота и присев в него, заговорил:

— Спасибо тебе Марго, подлечила меня, теперь уже можно в полную силу текущими делами заняться.