Я снял ноги с педалей и сделал движение в сторону дороги, надеясь, что, увидев мою готовность подчиниться приказу, меня все-таки не сразу пристрелят. Задел бутылку с азотной кислотой и даже решил позволить ей опрокинуться, однако в этот самый момент замер, поскольку на шоссе показалось нечто крайне неприятное.

– Выходи или…

– Черт возьми! – не сдержался я.

Полицейский проследил за моим взглядом, посмотрев вдоль шоссе. К нам стремительно приближался темно-синий седан. Когда он подъехал, я заметил, что номер начинается с буквы «Р». Значит, мои подозрения оказались не случайными. Все сходится. Именно машина Учителя несколько дней назад, в трагическую ночь смерти доктора Тобел, отъезжала от ее дома.

– Лучше убирайтесь отсюда. – Я уже не выбирал выражений. Было ясно, что полицейский действительно растерялся и не знает, что делать дальше. – Убирайтесь! Это тот самый человек, который в нас стрелял!

– Роббинс! – закричал второй, старший полицейский. – Разберись там. А я пока за этими присмотрю. Ты вызвал подкрепление?

Роббинс кивнул и как-то скованно направился в сторону синей машины. Пистолет он держал в руке.

– Выходите!

– Офицер, пожалуйста! – Меня начало охватывать отчаяние. – Это тот самый человек, который нас атаковал.

Я заметил, что дверь машины открылась: из нее вышел Учитель. Руки его были опущены.

– Руки вверх! – скомандовал Роббинс.

Казалось, Учитель не слышит или не понимает команды. Старший полицейский быстро перевел взгляд с меня на новое действующее лицо, а потом снова на меня.

Учитель шел к нам.

– Руки вверх! – повторил Роббинс.

Старший полицейский сделал шаг назад и обернулся к товарищу, впрочем, не убирая от моей головы пистолета. Судя по всему, он уже начал понимать, что я не врал. А может быть, решил, что мы с Учителем просто сообщники.

– Стоять на месте! – крикнул Роббинс. – Ни шагу вперед!

Молодому полицейскому не повезло – Учитель его не послушался.

Он приостановился лишь на мгновение, а потом стремительно опустился на одно колено, в то же время достав откуда-то пистолет. Короткая очередь, и Роббинс упал. Через полсекунды он уже прицелился в старшего полицейского, того, что стоял рядом со мной. Выстрел – и затылок бедняги разлетелся на куски.

Брук закричала.

Я мгновенно убрал ноги с асфальта в машину и принялся откручивать крышку на бутылке с азотной кислотой. Интересно, что при этом постоянно что-то твердил – сам не помню, что именно. Скорее всего, просто повторял какие-нибудь затертые ругательства. Брук же почему-то все время спрашивала, что происходит.

Учитель приблизился к «пикапу». Несколько проезжавших мимо машин притормозили, но ни одна так и не остановилась.

– Нат, – позвала Брук, – Нат!

– Сиди на месте, – пробормотал я, словно девушка имела возможность сделать что-то другое.

Двери «пикапа» оставались открытыми – со стороны Брук полностью, с моей стороны – наполовину. Учитель неторопливо шел в мою сторону, спокойно опустив руку с пистолетом. Думаю, он знал, что мы не вооружены, а если и имеем какое-то оружие, то преимущество все равно на его стороне. Равнодушно взглянул на лежащего мертвого полицейского.

– Позор, – заметил коротко. Потом смерил меня своим усталым взглядом. – Доктор Маккормик, вы создаете чересчур много суеты и шума.

Я уже открыл бутылку и медленно, очень медленно и незаметно, начал поднимать ее, прикрыв, насколько возможно, рукой.

– Вы не берете на себя ровным счетом никакой ответственности? – поинтересовался я.

– Ублюдок, урод, педик! – добавила Брук.

Бог мой, и где только дамы черпают подобные выражения?

Я заметил, как Учитель быстрым взглядом окинул кабину, Брук, стоящий у ее ног ящик с бумагами.

– Я как раз прекрасно осознаю всю возложенную на мои плечи ответственность, доктор, – ответил он. – Прощайте.

Рука с пистолетом начала подниматься.

Я коротко и резко дернул бутылку с азотной кислотой в сторону неприятеля, тут же остановив руку. Содержимое выплеснулось через окно прямо в лицо Учителю. Потом резко, стремительно пригнулся, ожидая, что сейчас он начнет стрелять. Так и случилось. Однако, на наше счастье, пули пролетели слишком высоко. Я толкнул дверь «пикапа», и она, ударив врага, заставила его отступить на несколько шагов. Не выпуская из рук пистолета, Учитель схватился за глаза. Проезжавший мимо водитель засигналил и резко свернул влево, пытаясь объехать неожиданно возникшее препятствие.

Я повернул ключ в замке зажигания. Безотказный «пикап» ожил.

Учитель снова открыл пальбу, но теперь уже пули летели явно наугад. Я тронулся с места и нажал на педаль газа. Проезжая мимо темно-синего седана, умудрился слегка коснуться его крыла. Контакта оказалось вполне достаточно, чтобы пассажирская дверь захлопнулась. Брук от неожиданности вскрикнула.

Высунув локоть больной руки в окно, я умудрился закрыть и свою дверь. Одновременно взглянул в зеркало заднего вида. Учитель обеими руками раздирал собственное лицо.

93

– У тебя кровь, – заметила Брук.

Голова ее лежала на моем колене, и она внимательно смотрела на меня снизу вверх.

– Знаю. Кожи на руке совсем не осталось.