Читаем Излом полностью

Кейван провел пальцем по одному из рунных камней, отмечая начало процесса. Тень еще не полностью вернулась, но первые отголоски прилива уже ощущались весьма явственно.

Кейван удовлетворенно кивнул. Это мгновение — лучшее для ритуала. Слияние нескольких магических потоков: силы истинного и тени, а также тьмы и магии Барьера. И Кейван не собирался упустить его.

Наконец отвлекшись от рун, хримтурс приблизился к клетке и взглянул в темно-желтые волчьи глаза.

— Вижу, ты уже почуял приближение Предела, — обратился он к оборотню.

Тот дернулся и прильнул всем телом к толстым прутьям. Из глотки огромного седого волка вырвалось рычание, мало походившее на человеческую речь. Но Кейван без труда разобрал каждое слово.

— Мерзкая темная тварь! Мои братья отомстят за мою смерть! Мой конунг очень скоро придет за мной!

— Это вряд ли, — покачал головой Кейван. — В этом нет никакого смысла. Разве ты еще не понял?

На мгновение в глазах оборотня вспыхнуло недоумение.

— Вижу, что нет, — спокойно прокомментировал реакцию ульфхеднара Кейван. — Дам подсказку.

Он кивнул в сторону трупов других оборотней и спросил:

— Что общего, помимо вашей сути, между тобой и теми двумя?

Стурла озадаченно повернул свою звериную башку в указанную сторону и спустя несколько мгновений из его глотки вырвалось глухое рычание.

— Быстро ты, — в голосе темного послышались легкие нотки уважения. — Тем двоим пришлось все разжевывать. Сразу видно, что ты был главным среди них.

— Конунг не мог, — рыкнул оборотень и слишком по-человечески покачал головой. В его желтых глазах мелькнула искра озарения: — Это всё она… Дочь Острозубого.

— Сами виноваты, — пожал плечами Кейван. — Чего вам не хватало? У девочки грандиозные планы. На кону корона Вестонии. А вы ей палки в колеса вставляете. Пытаетесь подсовывать своих сыновей в мужья. Народ баламутите перед свадьбой с принцем. Вот ты кажешься мне самым сообразительным из всех этих…

Кейван брезгливо кивнул на трупы других вождей.

— Сам подумай, вот зачем ей ваши сыновья? Ты действительно думал, что такая, как Астрид, свяжет судьбу с такими, как они? Что они ей могут дать?

— Мой род берет начало… — начал было оборотень, но Кейван его перебил.

— Кажется, я ошибся на твой счет, — хмыкнул темный и спокойным ледяным голосом продолжил: — Ты такой же болван, как и твои дружки. Все эти разговоры о древности твоего рода — всего лишь пустая болтовня. На самом деле, ты и твои сородичи —всего лишь дикие полузвери, возомнившие о себе невесть что. Вы — лишь жалкая пародия на тех, кого считаете своими прародителями. Я помню их, и я сражался с ними. Уверен, знай они, кем станут их потомки, сгорели бы от стыда. Вы не способны мыслить даже на два шага вперед. Всё, что вам приходит в ваши пустые головы — это присосаться к кормушке, пристроив своих сынков в теплое местечко.

Глаза волка налились кровью, его широкая грудь ходила ходуном, когтистые лапы судорожно сжались на стальных прутьях.

— Эта девка больше недостойна родства с нами! — прорычал оборотень. — Она теперь принадлежит тьме!

— Знаешь, что самое забавное в этой ситуации? — на холодном лице Кейвана появилось подобие тонкой улыбки. — Астрид очень скоро сядет на трон Вестонии и родит будущих императоров, а члены ваших родов помогут ей в этом и покроют себя славой. Но ты уже не увидишь этого.

А в следующую минуту Кейван снова удивил оборотня. Он открыл клетку и сместился на несколько шагов назад, как бы приглашая оборотня на выход.

Стурла Серый Коготь долго не мешкал. Массивная дверь клетки с громким лязгом распахнулась, и в проем молниеносным рывком вылетело серое тело ульфхеднара. Оно со всей звериной яростью обрушилось на темного. На фоне массивной широкоплечей туши полузверя стройная фигура Кейвана выглядела детской.

Казалось, еще миг — и когтистые лапы разорвут хримтурса в клочья, а волчьи клыки вонзятся в его тонкое горло. Но вождь Снежных охотников так и не успел напиться крови своего тюремщика. Кейван контратаковал.

Из воздуха, словно всплывшие из другой реальности, вырвались четыре темных жгута. Один из них, подобно гигантской жирной пиявке, впился в грудь оборотня, точно в область магического источника. Остальные обвили корчащееся тело и приподняли его над полом, не давая и шанса на сопротивление.

Стурла выгнулся, заскулил, завыл. Но волчий вой быстро превратился в сдавленный хрип. Щупальца не просто удерживали его. Они жадно поглощали такую ценную и такую вкусную ману истинного.

Со зловещей целеустремленностью они вытягивали не просто силу, но саму суть. Истинную энергию, рожденную с этим телом, веками формировавшуюся в кланах ульфхеднаров, искаженную древними обрядами, усиленную сражениями и наследием крови.

Пульсирующий жар начал клубиться в груди оборотня. Сначала едва заметный, но с каждой секундой он становился все ярче. Вокруг источника начала сгущаться магическая плоть, словно сама природа пыталась спасти его, отгородить, спрятать.