Читаем Излеченные души полностью

У этих мужчин был контроль надо мной. Я всегда подчинялась их приказам.

Габриэль поднял руку и, проведя пальцами по моему соску, облизал губу. Слезы заполнили мои глаза, но я сморгнула их, заставляя себя выдерживать испытание.

Но затем его палец начал перемещаться ниже, к моим самым интимным частям. Когда палец Габриэля оказался между моими складочками, болезненный плач сорвался с моего горла. Я хотела отпихнуть его руку, хотела сказать ему остановиться. Но знала, что у меня нет власти.

И потом меня накажут. Я бы не смогла вынести наказания.

В глазах Габриэля вспыхнуло пламя, когда он потер пальцем меня между ног, наклоняя лицо ближе к моему. До того, как его рот оказался у моего уха, он толкнулся пальцем в меня, и я закричала.

— Я вижу Джезабель и Саломею в тебе, Магдалена. Вижу, что сатана обладает твоей душой, так же как и их. Эти глаза, губы, волосы. Проклятье вашей семьи. Окаянные.

Затем Габриэль развернул меня и нагнул над столом, прижав мою грудь к деревянной поверхности. Мои ноги были раздвинуты, и прежде чем я могла приготовиться, он толкнулся в меня. Крик покинул мое горло из-за ощущения, что меня разрывают на части.

— Кричи, шлюха Сатаны. Кричи, пока мы будем освобождать твою душу от зла, — зарычал Габриэль, наращивая темп, прижимая свои ногти к моему затылку.

Я пыталась отгородиться, пыталась думать о чем-то другом, но движение сбоку привлекло мое внимание. Старейшины подходили ближе. И в эту минуту я потеряла надежду. Я знала, что они все возьмут меня. Один за другим.

Слезы полились из глаз, когда Габриэль зарычал в своем освобождении. Прежде чем я могла смириться с тем, что будет дальше, меня потащили к стене и приковали запястья к коротким цепям, свисающим сверху.

После этого приблизился Моисей. Потому что так он делал всегда. Он брал меня, пока я находилась в оковах, погружая в бесконечные часы боли.

Мои руки болели, борясь с силой цепей, но Моисей просто поднял мои ноги, игнорируя мои страдания. Убедившись, что я смотрю ему в глаза, он толкнулся вперед, вызывая во мне агонию.

И он не останавливался, неумолимо толкаясь вперед, кусая мою кожу, пока я не кричала остановиться. Пока не начинала умолять. Он всегда хотел, чтобы я умоляла.

Когда он освободил свое семя в меня, то отстранился. Мое тело было слабым и уставшим, я свисала с цепей, кончики пальцев ног едва касались пола. Затем мои ноги были снова подняты и раздвинуты. Повернув голову, я увидела лицо брата Иакова.

Только на этот раз я не кричала.