Читаем Излеченные души полностью

Иуда напрягся, но сделал так, как я просил. Я подошел к камину и уставился на языки пламени, слушая, как брат все собирал. Когда услышал, как он укатывал телевизор из комнаты, я внезапно спросил:

— Когда ты дисциплинировал Далилу, то делал это согласно нашему писанию? Наказание соответствовало проповеди?

Тишина в ответ вынудила меня поднять голову. Иуда смотрел на меня бесстрастно. Затем улыбнулся и сказал:

— Конечно, брат. Все согласно писанию.

Когда он покинул комнату, я вздохнул с облегчением, что все, сказанное Фиби о наказании Далилы, было неправдой.

Затем на меня снова накатила тошнота при мысли о видео.

Я уперся спиной о стену и скользил, пока не плюхнулся на пол. Подобная практика вызывала у меня отвращение, но по словам Иуды, так жили мои люди. Это было послание Господа моему дяде. Закрыв глаза, я безмолвно помолился Богу отправить мне послание, что делать. Затем снова подумал о Мэй и ее словах. И я понимал, что она не лгала. Нет. Ее насиловали ребенком, ее невинность была украдена братьями Ордена.

Она не лгала мне.

15 глава

Мэдди

Три дня спустя

Прижимая карандаш к краю листа, я штрихую, делая глубокий вдох. Идеально. Эта картинка, изображение того, как мы обнимаемся, то, чего я жду когда-нибудь, прямо из моей головы. Она выплескивалась на лист прямо из моей души.

Бесконечно идеально для меня.

Слезы заполнили глаза, когда я уставилась на рисунок. Именно это было в моем сердце. С одной стороны я хотела этого больше всего в жизни, а с другой это невероятно меня пугало.

Потому что за последние три дня мои мысли о Флейме изменились. Они усилились. Я стала думать о том, о чем раньше и не помышляла. То, что я спала рядом с ним, кормила его, заботилась о нем, пробудило что-то во мне.

Это открыло мое сердце.

Услышав, что дверь ванной открылась, я резко захлопнула альбом. Положив его возле себя у камина, подняла голову. Флейм покинул ванную, одетый в кожаные штаны и жилет. От его здорового и сильного вида мое сердце ускорило бег.

Взгляд Флейма немедленно оказался прикован к моему, и он шагнул вперед, остановившись передо мной, в то время как я поднялась на ноги.

— Ты готов? — спросила я и ждала ответа.

Взгляд Флейма переместился на входную дверь, затем вернулся ко мне.

— Да, — ответил он, но звучал неуверенно.

— Ты будешь в порядке, Флейм. Твои друзья ждут встречи с тобой. Тебе уже лучше и нужно выйти на улицу.

Флейм опустил голову. Я не могла удержаться и пялилась на его широкую грудь и цветные изображения на его коже. Особенно на оранжевое пламя на шее.

Улыбнувшись в поддержке, я шагнула к двери, когда заметила, что Флейм не следовал за мной. Он просто пялился на дверь позади меня.

— Флейм? Все хорошо? — я спросила.

Зрачки Флейма расширились — знак того, что он расстроен.

— Когда мы выйдем за дверь, ты вернешься в дом Стикса?

Мой желудок ухнул вниз от мысли покинуть его.

— Мэдди? — переспросил Флейм, со своего места я видела, что он сжимал кулаки, затем он прохрипел: — Я не хочу, чтобы ты оставила меня.

Из-за хриплого тембра его голоса по моей спине побежали мурашки от печали за него. Но когда его признание дошло до меня, надежда наполнила грудь.

Он хотел, чтобы я осталась.

Я сохраняла молчание, пытаясь обуздать новые чувства, накрывшие меня с головой, когда Флейм снова назвал мое имя:

— Мэдди?

Его голос стал низким — знак того, что он расстроен, поражен... теряет надежду.

Сделав глубокий вдох, я подняла голову и призналась с волнением.

— Я тоже не хочу уходить.

Ноздри Флейма раздулись, и он шагнул ближе, пока наши груди чуть не соприкоснулись. Флейм замер, я замерла. И я боролась с жаром, который внезапно растекался по моему телу.

— Значит, ты вернешься сюда, ко мне, — сказал он окончательно.

Улыбка тронула мои губы, и я ответила:

— Да. Я хочу повидать своих сестер. Я не видела их несколько дней... но я вернусь сюда. К тебе.

Флейм наблюдал за мной. Мне нужно было взять себя в руки и вдохнуть свежего воздуха, поэтому я отступила к двери. Яркий свет наполнил комнату, когда дверь открылась, и теплый ветерок овевал лицо.

И я вдыхала запах деревьев.

Я слышала шуршание листьев.

Ощущала тёплое солнце на коже.

Флейм стоял позади меня, его большая покровительственная фигура дарила мне покой.

— Флейм! Бл*дь!

Голос привлек наше внимание. На поляне возле коттеджа Флейма стоял АК.

— Вик! Иди, бл*дь, сюда! — закричал он через плечо.

Затем дверь среднего коттеджа распахнулась, и выбежал полураздетый Викинг. Его рыжие волосы были мокрые, а штаны расстегнуты. Но когда он бежал к Флейму босиком его полураздетый вид не расстроил меня, потому что выражение полного облегчения на его лице при виде брата почти поставило меня на колени.

Флейм был любим.

Я задавалась вопросом, понимал ли он, что эти двое мужчин сделают ради него что угодно? Понимал ли, что никогда не будет одинок?

АК остановился перед нами с Флеймом, а Викинг позади него. АК провел рукой по волосам и прохрипел:

— Бл*дь, мужик, мы думали, что потеряли тебя.