Читаем Излеченные души полностью

Я работал рукой быстрее. Мне было необходимо кончить. Когда я кончал, он уходил. Тогда он оставит Мэдди в покое. Он жестче толкнулся членом в меня, проводя лезвием по моему животу. Я закричал:

— Одиннадцать! — и кончил на люк. На это раз меня сразу вырвало. В секунду я наклонился над ведром, которое стояло рядом, и опустошил свой желудок. В моей голове стучало, а зрение затуманилось.

Не в состоянии сидеть, я улегся на люк. Затем услышал тяжелые шаги. Я знал, что он покидал коттедж. Но также знал, что он вернется... но, по крайней мере, сейчас он ушел. Я вдохнул так глубок, как только мог, но кожу на моей груди жгло, делая это трудным.

Звук шмыганья заставил меня замереть. Моргнув, я поднял голову на Мэдди. Она упала на колени и была всего в метре от меня. Затем в моей груди распространилась боль, когда я увидел слезы на ее лице. Ее нижняя губа дрожала и руки были сцеплены на коленях.

— Флейм, — прошептала, когда увидела, что я наблюдаю за ней, — почему ты это с собой делаешь?

Я хотел подползти к ней ближе, но мое тело было слабым. Я так устал. Мэдди пододвинулась, пока не оказалась сбоку от меня. Она вытерла щеки, затем спросила:

— Ответь мне, Флейм, зачем ты только что причинил себе боль?

Мои губы болели, казалось, были не в состоянии двигаться, но Мэдди задала мне вопрос, и я хотел дать ответ.

— Он приходил за мной. Чтобы освободить пламя, зло. Я видел его позади тебя и хотел защитить. Я... я должен защищать тебя.

Мэдди замерла, и я видел, как она сглотнула.

— Кто приходил за тобой?

Я подумал о мужчине из моей головы — темные глаза и волосы.

— Он, — ответил, по моей коже бежали мурашки от одного только его образа в голове.

Мэдди хмурилась.

— Он приходил за тобой? Чтобы сделать... это? — спросила она и ее голос немного дрожал.

Я кивнула, затем улегся щекой на пол. Я устал.

Мэдди опустила глаза на свои руки, я продолжал наблюдать за ней. Ее темные волосы касались пола, когда она находилась в сидячем положении. Это была моя любимая часть в ней. За исключением зеленых глаз. И ее маленьких рук. Я всегда думал о ее маленьких руках.

— Мне нравятся твои волосы, — сказал я, пялясь. Мэдди подняла свои зеленые глаза. Ее щечки покраснели, а мой желудок стянуло в узел от этого вида. Так было каждый раз, когда я смотрел на нее. И когда она смотрела на меня так, как сейчас, мое сердце ускоряло бег, как и пульс.

— Спасибо, — прошептала она, и я уловил, как уголок ее рта приподнялся. От этого она становилась еще красивее.

Комната погрузилась в тишину. Мэдди сделала глубокий вдох и сказала:

— Мне нравятся твои руки.

Жар внезапно наполнил мое тело. Но это не было пламя. Ощущалось иначе. Мои мышцы не горели. Кожу не покалывало. Это ощущалось... непривычно...

Я нахмурился. Мэдди что-то во мне нравилось? Никому никогда не нравилось во мне что-то. Собрав всю волю в кулак, начал шевелить руками, несмотря на то, что мне казалось, будто меня прижимает сильным весом, но я оттолкнулся, пока не вытянул руки на полу перед собой. Начал изучать татуированную кожу, пламя, покрывающее плоть.

— Почему? — прохрипел я и поднял голову, видя, что Мэдди все еще наблюдала за мной. — Почему тебе нравятся мои руки?

Мэдди еще больше покраснела, но продолжала наблюдать за моими руками. Внезапно она зашевелилась, и легла, повторяя мою позу зеркально. Мое сердце выстреливало удары как из пушки, когда Мэдди прижалась щекой к полу. Она смотрела мне прямо в глаза.

— Все... все хорошо? — прошептала она.

Я кивнул и ответил:

— Да... просто... — я пытался сдержать панику, и продолжил: — Просто не приближайся к люку, не... не касайся меня.

— Не буду, — тихо заверила Мэдди. Ее рука придвинулась в моем направлении. Я перестал дышать, когда решил, что она собирается прикоснуться ко мне, но она остановилась руку в паре сантиметров от меня.

Я задавался вопросом, что она делала, когда Мэдди произнесла:

— Мне нравится, как твоя рука выглядит рядом с моей. Она такая большая, а моя маленькая. Тем не менее, кажется, что они подходят друг другу.

Я сосредоточился на наших руках и заметил, что моя рука больше ее. Пальцы Мэдди были вытянуты, располагаясь рядом с моими. Я хотел убрать свою руку, но что-то останавливало меня. Я не хотел, чтобы Мэдди прикасалась ко мне, потому что не хотел причинять ей боль. Мои прикосновения не приносят людям ничего, кроме боли. Но я оставил руку на месте, наши пальцы располагались рядом.

— Иногда я представляю, как наши пальцы... соединяются. Как будет ощущаться, если бы мы их переплели. Мне интересно, буду ли я улыбаться. Иногда я мечтаю, что когда-нибудь мы сможем прикоснуться к рукам друг друга.

Голос Мэдди был такой тихий, в то время как я не мог отвести взгляда от наших рук. Я пытался представить у себя в голове то, что она описывала. Видел, как ее рука тянулась к моей, но затем я подумал о том, что почувствую и покачал головой.

— Наши руки не смогут соприкоснуться. Я не могу... Я не могу сделать это.

Губы Мэдди растянулись в полуулыбке, но слезы стояли в ее глазах, а голос дрожал.