Сварт вместе со своей бандой в лесу жадно уплетал дикую вишню. Услышав приближающийся топот, он обернулся. Это был горностай, которого он оставил караулить на опушке леса.

— Господин, я взобрался на дерево и увидел лису, — задыхаясь, проговорил тот. — Она мчится сюда с барсуком на хвосте. Из наших больше никого, — должно быть, он всех перебил. Похоже, лиса от него убегает. Вдалеке показались зайцы, их примерно с десяток, тоже движутся к лесу.

Предводитель, не раздумывая, приказал банде следовать за ним в глубь чащи, в сторону севера.

— Если лиса попадется в лапы барсуку, то, стало быть, такова ее судьба, — произнес Сварт. — Если же нет, то она разыщет нас по следам.

Когда лиса вбежала в лес, у нее тряслись все поджилки. Ожидая встретить где-то поблизости Сварта, она сбавила скорость и крикнула:

— Господин, за мной гонится барсук! Держи его! Убей его!

Но лес безмолвствовал. От усталости еле перебирая лапами, Темнуха углублялась все дальше в чащу. Услышав за спиной страшный топот, лиса с ужасом обернулась и, споткнувшись о корень дерева, растянулась на земле. Она попыталась встать, но настигший сзади удар уложил ее вновь. Над лисой стоял Блик Булава, по его золотистой полоске меха стекали слезы, он разъяренно потрясал над лисой своей боевой дубиной. Темнуха рыла когтями землю:

— О нет, господин! Умоляю, поща… Ааааах!

Саблезуб перепрыгнул через мертвое тело прорицательницы и направился к Блику, который лежал неподалеку в небольшой яме, обессилевший от ярости и горя.

Капитан спрятал саблю и, приглушив голос, сказал зайцам:

— Камненог и Быстролапка, займитесь владыкой. Надо перевязать ему раны. Всем остальным — «вольно». Преследование хорька начнем на рассвете.

Не дождавшись Темнухи, но зато взбодрившись после небольшого отдыха, Сварт еще быстрее погнал свою банду. Вскоре после рассвета они вышли к реке. Сварт разрешил всем немного передохнуть, а сам подошел к воде и, напившись, стал исследовать глубину.

Его взор был прикован к верховьям реки — к зеленым склонам маячивших вдали гор.

— Эй вы, лентяи, живо встаем! — крикнул он. — Вон куда мы направимся — в те горы. Всем идти по воде, чтобы барсук не напал на наш след. Вперед!

Сероклык шел рядом с предводителем:

— Послушай, начальник, а как же Темнуха? Ты сказал, она сможет отыскать нас по следу.

— Если бы лиса была в состоянии это сделать, — с горечью произнес Сварт, — она бы нашла нас еще ночью.

Блик с воинами Дозорного Отряда отставали от банды Сварта на день пути. К реке они добрались лишь поздним вечером и разбили на берегу лагерь.

Саблезуб обследовал помятую листву прибрежных деревьев, поломанные ветви которых валялись в воде.

— Хмм, их около полутора десятков, — сообщил он, — их следы потонули в воде. Гляди — вон поломанная ива, и на той рябине помята листва. Хмм! А один из них оставил следы на берегу. Похоже, ласка.

Блик залез по пояс в воду, желая освежиться. Вдалеке в дымке жаркого угасающего дня виднелись горы.

— Сейчас мы отдохнем немного и опять в путь — до самой ночи, — объявил он. — Стало уже прохладно, и нам не придется искать следы. Сварт скрылся и горах — я это нутром чую. Когда он напал на Саламандастрон, я думал встретиться с ним там один на один, но этого не произошло. Что ж, встретимся на этой горе — в конце концов, не все ли равно на какой. Главное, что у шестипалого хорька осталось всего два десятка воинов.

ГЛАВА 42

Бриони очнулась, но воспринимала все как в тумане. Тогет, чуть дыша, лежал без сознания рядом. Все еще не веря, что осталась жива, мышь, покачиваясь, встала, и с нее потекла вода. Затащив нижнюю часть тела Тогета на плиту, Бриони увидела, что спасательная веревка до сих пор цела. Отвязав себя и крота, мышь свернула ее в бухту и перевесила через плечо.

Бриони вскарабкалась на скалу и села рядом с Тогетом, озираясь вокруг. Они находились в гигантской пещере внутри горы. В нее запросто мог бы поместиться весь Рэдволл. Водопад заканчивался широкой рекой со скалистыми островками и порогами.

Неподалеку от друзей плавал их походный мешок. Бриони выловила его и вывалила на скалу содержимое. Фрукты были в порядке. Она вытерла и откусила яблоко.

Тогет зашевелился и приоткрыл один глаз:

— Бриони, мы уже, как это… умерли или еще живы?

Бриони с усмешкой протянула Тогету бутылку с лопухово-одуванчиковым напитком.

— Как видишь, мы живы, — произнесла мышь. — Но все, что у нас осталось, — это немного фруктов и этот напиток. Отдохнем чуток и пойдем искать Покрова. Теперь, когда мы остались в живых, я уверена, что и Покров тоже уцелел.

— Урр, а если нет? — предположил Тогет, выжимая одежду.

Мышь была не расположена обсуждать эту тему:

— Не говори так, Тогет. Я уверена, что он жив.

— Урр, Бриони! — Верный крот покачал меховой головой. — Зря ты тратишь свою жизнь, гоняясь за хорьком. Этот паршивец ничего, кроме горя, тебе не принесет.

Сложив в мешок то немногое, что уцелело из еды, Бриони приступила к поискам.

— Покров не всегда был плохим. Помнишь его, когда он был малышом? Он был просто чудо. Когда-нибудь он изменится, вот увидишь.

Плюх!

Рядом в воду плюхнулся огромный камень.