Читаем Изгнание полностью

К слову, я до сих пор время от времени сомневаюсь в том, что я — наини, но если бы мне тогда сказали, что богиня — она, я бы поверила, не задумываясь. И кто угодно поверил бы. Красивая, совсем ещё молодая, и вся такая лёгкая и воздушная, Латана всегда жила, едва касаясь земли подошвами своих туфель на высоченных каблуках.

Местный шейх тогда посвятил нас в суфийское братство, или как это у них называется, я не поняла. Латане дано было имя Латифа — символ надежды и доброты, нескончаемой эйфории жизни. А меня назвали Эммин. Аминь, или Ом на индуистский манер, если вспомнить, откуда мы вылетели не далее, чем полчаса назад.

Ида задремала, откинувшись на спинку сиденья, сначала просто полулежала с закрытыми глазами, видимо, не хотела разговаривать, а потом, по смягчённому выражению лица, я поняла, что подруга уснула.

Коротко стриженая головка на длинной тонкой шее, глубокие синеватые тени под глазами — нимфа выглядела беззащитной и уязвимой, если вовсе не больной, но об Андрее не заговаривала, и прощаться к нему и к Калли не вышла. И я её понимала.

А со мной с утра случилось нечто, что важнее всех вместе взятых Свитков Гекет, да и Олимпийских миров, пожалуй.

Наконец-то удалось выйти на связь с Латаной.

Точнее это она вышла на связь.

Я осматривала комнату напоследок, проверяла, не забыли ли мы чего с Идой, когда зазвонил телефон.

Мы беседовали по скайпу минут десять, не больше. Маменька сидела на слегка розоватом песке пляжа, и я заподозрила, что она на одном из Багамских островов, мы как-то вместе приезжали туда, праздновали моё поступление на тот же факультет, что в своё время окончила Латана.

— Мне звонила Гестия, — сообщила Лана, не поздоровавшись, и довольная улыбка сытой кошки озарила её лицо. Точь-в-точь, как на том самом фестивале дервишей, да.

На маменьке был купальник из золотистой ткани, лиф украшен желтыми сверкающими камнями. Она похудела, и отдохнувшей не выглядела. Переживает за меня, поняла я. Но никогда в этом не признается. Не в правилах Латаны добавлять мне негативных эмоций, когда в моей жизни в последнее время итак сам фавн ногу сломит.

В ответ на мой недоумённый взгляд, Лана пояснила:

— Ты вспоминать начинаешь, теперь мне можно.

— Как здорово! Ты вообще как? Почему на связь не выходила столько времени? Я уже не знала, что думать, когда Ида сказала, что твой новый друг…

— Тритон, — кивнула Латана. — И новый друг он для меня в этом воплощении, — маменька мило покраснела, но быстро справилась с собой. — А в старом, истинном, я отлично его помню. Но сейчас речь не обо мне. Артём, если бы ты знала, во что ввязалась…

— Да я догадываюсь, что не всё тут так просто, как кажется на первый взгляд.

— Догадывается она. Я не про Землю вообще. И не про Свиток Гекет. Точнее, не только про него. Я про Делос, Дельфы, Аттику, Парнас… Про те миры, в которых вам с Полом удалось поднять восстание. Астрелия — твоя вотчина, про неё я вообще молчу. Всего я рассказать не могу, дочь. Но попались вы с братом очень и очень глупо.

— А почему я, мама? — тихо спросила я.

И Латана поняла, о чём я. Почему она выбрала меня? И отправилась в изгнание не с Полом, а со мной. Если честно, я думала, что мальчики кажутся мамам более беззащитными, чем дочери.

— Артём, — тихо сказала Латана. — Не дай небо тебе когда-нибудь выбирать между своими детьми. В один момент вы стали изгоями в Олимпийских мирах, и с этим ничего не поделать. В последний момент Саон успел предупредить меня, что ты будешь одна. Я никогда особенно не доверяла Саону, ты не помнишь, но дома я была ужасной снобкой…

— Кто бы сомневался, — хмыкнула я.

— Это ты о чём? — возмутилась Латана. — Между прочим, ты просто не можешь оценить по достоинству, какой смиренной и покладистой я стала на этой планете.

— Конечно, — я опять не удержалась, чтобы не хихикнуть.

— Артём!

— Латана!

— Артемида, дочь моя!

— Да поняла я! — в такт ответила я, и мы обе прыснули.

— Так ты знала о том, что встречаешься с Тритоном? Ида сказала, что ты не сможешь его распознать.

— Как только ты начала вспоминать, мои возможности изменились. Немного, но достаточно для того, чтобы вспомнить того, кто поддержал вас с братом в борьбе против Зевса.

— Вот как? Значит, и ему на Олимп путь заказан, пока кто-то из нас не получит Силу Свитка Гекет?

— Получить Силу Свитка должна ты. Твой отец не обманул тебя по крайней мере, в этом. Ты избранная.

Говоря это, Латана стала совсем серьёзной.

— Ты даже не представляешь, сколько я отдала бы, только бы быть сейчас рядом с тобой! Но таковы условия. Ты должна сделать это сама… А мне… То есть нам, — Лана потупилась. — Лучше не покидать единственное место, где он не сможет нас достать.

Внезапная догадка озарила меня.

— Так ты не на Земле?

Латана склонила голову набок. Этот жест можно было истолковать, как и да, и нет.

Фавн знает что такое!