Читаем Изгнание полностью

— Ифи вовсе не была христианкой. И она пришла из того времени, когда христианства ещё не было и в помине. Я могла бы предложить обряд захоронения на Астрелии, но у меня, к сожалению, стёрта память, и я ничего не помню. Следовало бы похоронить её тело в обычаях её веры… Но я не знаю, верила ли она во что-либо. Я думаю, правильнее всего будет похоронить тело Ифи в этой священной земле, где царит Сила наини Кали. Пусть это будет хорошим знаком для души Ифи, и пусть она встретит как можно меньше препятствий в своём следующем воплощении.

— Учение о карме в индуизме говорит о том, что душа начинает как раз с того момента, на котором закончила в прошлой жизни. Закон нереализованных желаний, — сказал Алексис.

— Незавершённый гештальд, — кивнула я, — нам объясняли в рамках спецкурса бихевиоральной психологии.

— Вы психолог? — поднял брови Алексис.

— Куда мне, — я улыбнулась. — Я студентка филологического факультета. И знаете, отчего-то хочется добавить — была. Что-то мне подсказывает, что я вряд ли вернусь в универ.

Тем временем всё было готово к похоронам.

Ифи похоронили быстро и скромно, недалеко от священной пещеры Кали. Я сама прочитала над ней мантру богини, которую выучила наизусть во время Посвящения.

Джей, Мата Кали!

Джей, Мата Дурге!

Кали-Дурге, Намо Намах!

Отчего-то казалось, что у меня есть право это сделать.

Андрей и Калли были с нами до конца. Я не спускала глаз с Иды. Нимфа не смотрела ни на Андрея, ни на Калли, но я чувствовала, что, не смотря на весь трагизм ситуации, подруга пытается насладиться последними минутами, проведёнными рядом с Андреем. Пусть и чужим. Но границу Ида не переходила, и я понимала, как тяжело это ей даётся.

Когда прощались со всеми, время было ближе к рассвету, и лёгкая дымка тумана струилась под ногами, и где-то на горизонте небо начинало светлеть.

Попрощавшись с нами, Туманов взял Калли за руку, и увлёк за собой. Чтобы в следующий миг та вырвалась и рванулась к Иде.

Я не успела как следует испугаться, когда вампирша сжала Иду в объятиях, и осторожно поцеловала в щёку. А потом прошептала ей что-то на ухо, и, не оглядываясь больше, удалилась. Вместе с Андреем Тумановым. Своим мужем.

Вид у Иды был безжизненный и отстранённый. И я не вмешивалась в её внутреннее состояние. Пусть побудет наедине с собой. Ей это нужно сейчас.

Правда, когда я спросила Алексиса, сможет ли он идти, Ида тут же подошла к полуэльфу с другой стороны и решительно взяла мобильник с включённым фонарём из его рук.

— Что теперь с вами будет? — я взяла полуэльфа под одну руку, Ида под вторую, и мы направились прочь от пещеры.

— Ничего нового, — пожал плечами Алексис. — Меня и раньше кусали вампиры. Да. Два или три раза, — улыбнулся он. — Я ведь давно живу на свете.

— Вы поэтому живёте в ашраме Калли?

Полуэльф кивнул.

— Здесь Зависимость не разовьётся. Поживу пока здесь. Да и присмотреть за нашими друзьями кому-то надо.

— Это точно, — кивнула я.

— А вы куда сейчас?

— Если вообще куда-то, — я покачала головой. — Сегодня мы должны были активировать свою часть Свитка. А мы, вот, сами видите. По пещерам священным ползаем. Так что, на сколько ещё задержимся здесь, непонятно. Одно утешает: мои братец с сестрицей, даже со своими активированными частями, фиг что без нас сделают, так что будут ждать.

— Брат, конечно, наи Аполлон? — больше уточнил, чем спросил Алексис.

Я кивнула.

— Он самый.

— А сестра?

— Наини Афродита, собственной персоной, — я даже гордость какую-то за себя почувствовала. Звучат имена «любимых» родственников и значимо, и солидно. Как бы они сюда не нагрянули и какую подлянку нам с Идой не учинили, типа кражи нашей части Свитка или чего-то в этом духе…

— Афродита же вам не сестра, — начал было полуэльф, поперхнулся, закашлялся, остановившись, как вкопанный. — Богиня любви на Земле?!

— А где ж ей ещё быть? — пожала я плечами. — Ходит тут такая вся соблазнительная, черноволосая, с выбритым виском и татуировкой. Но так ей лучше, чем образ а-ля симбиоз Скарлетт О’Хара и Диты фон Тиз идёт.

Полуэльф меня особо не слушал.

— Это многое объясняет, — добавил он задумчиво.

— Что именно? — я поддержала разговор только из вежливости, а ещё, чтобы не рухнуть от усталости и не заснуть прямо тут, на земле. В Индии, говорят, змей много. Я с моим везением обязательно встречу, даже можно не сомневаться.

— Наини Артемис, я понимаю, что ввиду вашей специализации, у вас, наверно, другие интересы, но, тем не менее, — завилял полуэльф, а потом всё-таки спросил прямо, — вам не казалось подозрительным, что на Земле практически нет любви?

— Вот как? — я не знала, что сказать полуэльфу. — Прямо так-таки и нету?

— Я имею ввиду, настоящей, такой, о которой только прочитать и можно.

— Или в фильме увидеть? — уточнила я.

— Не верю я местному кинематографу, — пожал плечами полуэльф.

— Не очень понимаю, что вы имеете ввиду под формулировкой «практически нет», — задумчиво протянула я. — Но вот я, люблю Латану, и Иду, и Калли, и Ифи, и… — я осеклась.

— Я понял, к чему вы, — сказал полуэльф.

Ишь ты, понял он. Понятливый.