Читаем Избранное. Том 2 полностью

Первое и единственное философское произведение В. В. Розанова «О понимании – опыт исследования природы, границ и внутреннего строения науки как цельного знания» 1886 г. рассматривает как антагонизм между наукой и философией, он пытается преодолеть это противостояние. Сам подход к данной проблеме доказывает, что мыслитель не считает философию наукой. По его мнению: человеческий дух является нематериальной субстанцией, способной творить различные формы, т.е. идеи, налагая их на материальную субстанцию. Когда происходит разрушение тела, дух пребывает как «форма чистого существования, неограниченная никакими пределами».

Эта книга В. Розанова ставила философию в такое положение, при котором онтологическое понимание должно объединить «все схемы разума» со «всеми сторонами бытия» и установить, или выявить истинность существующего. Тема «понимания» затрагивала вопросы религии, пола, семьи, человеческой жизни. Все эти темы будут лежать в основании большинства его статей и книг, в которых в явной или завуалированной форме, путем сочетания умозрения и опыта он приходит к субъективному пониманию, как интегральному познанию. В данной книге не обнаружился философский и литературный, оригинальный дар «позднего» Василия Розанова. Философский трактат остался почти незамеченным. На него лишь откликнулся Н. Н. Страхов.

Сам Розанов о периоде его философствования написал так:

«Встреть книга какой-нибудь привет, и я бы на всю жизнь остался философом. Но книга ничего не вызвала, тогда я перешел к критике, публицистике». И в этих жанрах несостоявшийся философ достиг выдающихся результатов, и, наверное, хорошо, что философское творчество было прервано и будущий мыслитель, пережив кризис, обратился к историко-культурным и литературным темам, где косвенно продолжил разрешать философские проблемы «мира человеческого». В. Розанов в своих произведениях: «Легенда о великом инквизиторе" Ф. М. Достоевского, с присоединением двух этюдов о Гоголе», «Статьи о браке», «Сумерки просвещения», «Религия и культура», « В мире неясного и нерешенного», «Около церковных стен», «Темный лик: метафизика христианства», « Опавшие листья», «Уединенное», «Апокалипсис нашего времени» и др., – явился продолжателем традиции славянофилов второго поколения, то есть «почвенников» Н. Страхова, (крестным отцом, учителем считал своим) А. Григорьева, К. Леонтьева, Ф. Достоевского.

В. Розанову принадлежат блестящие статьи о К. Леонтьеве и Ф. Достоевском, которых он очень ценил, и которые, по его признанию, оказали на него большое влияние своим творчеством.

Надо отметить, что Розанов был гениальным журналистом религиозно-мистического направления. Наблюдая реальную жизнь людей, он откликался своими статьями на злобу дня с неожиданными философскими обобщениями, приближающимися к религиозным проповедям, похожими на «дневник писателя» Ф. Достоевского. Несмотря на некоторые его «шарахания» в сторону либерализма, консерватизма и даже критику христианства, Розанов проявил себя как религиозный мыслитель и вся его духовная эволюция совершилась внутри его религиозного сознания. В своей замечательной статье «Номинализм в христианстве» он выступает как искатель подлинного христианства на Земле. Его слова: «Глубин христианства никто еще не достиг, – и эта задача, даже не брезжившаяся Западу, может быть, есть оригинальная задача русского гения».

Многочисленные статьи мыслителя указывают на его особый литературный жанр, связанный с философствованием и, можно сказать, о том, что его художественное произведение, становится одновременно философским произведением.

Иногда мысль его рождается из бытовых мелочей, нелепостей обыденной жизни и доходит до апелляции к Высшему началу, к Богу, способному объединить любые разноречивые суждения, ощущения, поступки, линию поведения того или иного персонажа.

Некоторые произведения русского мыслителя являются нам, читателям XXI века, в форме кристальных афоризмов.

И правы те исследователи его творчества, которые утверждали, что В. Розанов был самым гениальным стилистом в русской философской публицистике его времени. Он обращался к темам, проблемам, которые его заинтересовывали, поражали, удивляли.

Он интуитивен и субъективен, интуиция его всегда насыщена глубокой мыслью. По мысли Розанова каждый человек обязан прочесть «внутренние письмена» своей жизни, дарованной ему Богом. Всевышний даровал ему особый талант публициста. Интересна его характеристика стиля своих писаний: «Вывороченные шпалы. Песок. Камень. Что это ремонт мостовой? Нет, это – сочинения Розанова. И по рельсам несется уверенно экспресс». Последнее свое произведение, написанное в 1918г. В. Розанов назвал «Апокалипсис нашего времени». В этом произведении он сознательно противопоставляет Ветхий Завет – Новому Завету, демонстрируя идеологию того и другого. Его последняя книга вместила в себя горькие размышления о гибели России и ее великой русской культуры, он затрагивает в ней прежние темы, связанные с христианством, язычеством, семьей, полом, жизнью и смертью.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Мохнатый бог
Мохнатый бог

Книга «Мохнатый бог» посвящена зверю, который не меньше, чем двуглавый орёл, может претендовать на право помещаться на гербе России, — бурому медведю. Во всём мире наша страна ассоциируется именно с медведем, будь то карикатуры, аллегорические образы или кодовые названия. Медведь для России значит больше, чем для «старой доброй Англии» плющ или дуб, для Испании — вепрь, и вообще любой другой геральдический образ Европы.Автор книги — Михаил Кречмар, кандидат биологических наук, исследователь и путешественник, член Международной ассоциации по изучению и охране медведей — изучал бурых медведей более 20 лет — на Колыме, Чукотке, Аляске и в Уссурийском крае. Но науки в этой книге нет — или почти нет. А есть своеобразная «медвежья энциклопедия», в которой живым литературным языком рассказано, кто такие бурые медведи, где они живут, сколько медведей в мире, как убивают их люди и как медведи убивают людей.А также — какое место занимали медведи в истории России и мира, как и почему вера в Медведя стала первым культом первобытного человечества, почему сказки с медведями так популярны у народов мира и можно ли убить медведя из пистолета… И в каждом из этих разделов автор находит для читателя нечто не известное прежде широкой публике.Есть здесь и глава, посвящённая печально известной практике охоты на медведя с вертолёта, — и здесь для читателя выясняется очень много неизвестного, касающегося «игр» власть имущих.Но все эти забавные, поучительные или просто любопытные истории при чтении превращаются в одну — историю взаимоотношений Человека Разумного и Бурого Медведя.Для широкого крута читателей.

Михаил Арсеньевич Кречмар

Публицистика / Приключения / Природа и животные / Прочая научная литература / Образование и наука
Утро магов
Утро магов

«Утро магов»… Кто же не слышал этих «магических слов»?! Эта удивительная книга известна давно, давно ожидаема. И вот наконец она перед вами.45 лет назад, в 1963 году, была впервые издана книга Луи Повеля и Жака Бержье "Утро магов", которая породила целый жанр литературы о магических тайнах Третьего рейха. Это была далеко не первая и не последняя попытка познакомить публику с теорией заговора, которая увенчалась коммерческим успехом. Конспирология уже давно пользуется большим спросом на рынке, поскольку миллионы людей уверены в том, что их кто-то все время водит за нос, и готовы платить тем, кто назовет виновников всех бед. Древние цивилизации и реалии XX века. Черный Орден СС и розенкрейцеры, горы Тибета и джунгли Америки, гениальные прозрения и фантастические мистификации, алхимия, бессмертие и перспективы человечества. Великие Посвященные и Антлантида, — со всем этим вы встретитесь, открыв книгу. А открыв, уверяем, не сможете оторваться, ведь там везде: тайны, тайны, тайны…Не будет преувеличением сказать, что «Утро магов» выдержала самое главное испытание — испытание временем. В своем жанре это — уже классика, так же, как и классическим стал подход авторов: видение Мира, этого нашего мира, — через удивительное, сквозь призму «фантастического реализма». И кто знает, что сможете увидеть вы…«Мы старались открыть читателю как можно больше дверей, и, т. к. большая их часть открывается вовнутрь, мы просто отошли в сторону, чтобы дать ему пройти»…

Жак Бержье , Луи Повель , ЛУИ ПОВЕЛЬ , ЖАК БЕРЖЬЕ

Публицистика / Философия / Образование и наука