Читаем Избранное полностью

Избранное

В костюме васильковом, в жилете голубомС Сережей Васюковым (о нем скажу потом)На улице эстонской, у баров и кафеС прическою тифозной на смутной головеОн шел в начале лета пятнадцать лет назад,Заглядываясь в бледнопылающий закат.Чуть сзади шла подруга (о ней скажу сейчас).Карабкалась по трубам, что капля в ватерпас,Над мелким горизонтом янтарная луна.И в хаки гарнизонном, чернява и бледна,Пока еще невеста, хозяйка дел и слов,Всезнайка и невеста, и первая любовь;Ступая резковато на острых каблуках,Ты здесь прошла когда-то, изрядно обругавСережу Васюкова за пошлый вкус в кино……В костюме васильковом! Пятнадцать лет! Давно!Мы шли втроем по Виру. Теперь иду один,Но вижу ту квартиру, те этикетки вин.…На Каннском фестивале Сережа ВасюковСтоит на пьедестале из премий и венков.Средь блочного комфорта окраинной МосквыГорит ее конфорка, разбросаны носки.Играют в детской дети, чья чужеродна кровь.А Таллинн на рассвете как первая любовьСреди бессонной ночи пятнадцать лет назад…Но жизнь еще короче и сшита наугад!

ПОДПИСЬ К РАЗОРВАННОМУ ПОРТРЕТУ

Глядя на краны, речные трамваи,Парусники, сухогрузы, моторки,Я и тебя и тебя вспоминаю,Помню, как стало легко без мотовки,Лгуньи, притворщицы, неженки, злюки,Преобразившей Васильевский островВ землю свиданья и гавань разлуки.Вздох облегченья и бешенства воздух…Годы тебя не украсили тенью,Алой помадой по розовой коже.Я тебя помню в слезах нетерпенья.О, не меняйся! И сам я такой же!Я с высоты этой многоэтажнойВижу не только залив и заводы,Мне открывается хронос протяжныйИ выставляет ушедшие годы.Вижу я комнат чудное убранство:Фотопортреты, букеты, флаконы.Все, что мы делали, было напрасно —Нам не оплатят ни дни, ни прогоны.Глядя отсюда, не жаль позолотыЗимнему дню, что смеркается рано.Выжили только одни разговоры,Словно за пазухой у Эккермана.Как ты похожа лицом-циферблатом,Прыткая муза истории Клио,На эту девочку с вычурным бантом,Жившую столь исступленно и кривоВ скомканном времени, в доме нечистом,В неразберихе надсады и дрожи.Ключик полночный, кольцо с аметистом,Туфли единственные, и все жеДаже вино, что всегда наготове,Даже с гусиною кожицей эросПредпочитала законной любови,Вечно впадая то в ярость, то в ересь.Если вглядеться в последнюю темень,Свет ночника вырывает из мракаБешеной нежности высшую степень, —В жизни, как в письмах, помарки с размаха.

Читаем Избранное полностью

Избранное

ПОДПИСЬ К РАЗОРВАННОМУ ПОРТРЕТУ

СОСЕД КОТОВ

Похожие книги

Все жанры