Читаем Из Тьмы. Арка 4 полностью

Ну, это в идеале. В действительности часто происходит «чуть-чуть» по-иному. И если в реальности Земли противостоящие друг другу государства виделись мне-Виктору (на деле это являлось скорее желанием видеть) «силой, что вечно жаждет зла и вечно совершает благо», фактором, который, сам не желая того, через кровь, боль, обман, ненависть и периодические реакционные откаты назад всё же подталкивал человечество вверх... то вот в местных условиях гегемонии нашей страны и поглотившего её тухлого застоя — не уверена, что это сработает так же.

Впрочем, если вспомнить революционные бурления, то нет: течение объективных социально-экономических процессов идёт и здесь. Просто медленно и вяло, с частыми попытками «вернуть всё взад». Что печально, попытки эти пока успешны, и Империя после очередной победы реакционеров находится в месте, куда её вернули.

В заднице, да.

Всё-таки отчасти Акаме, несмотря на всю свою наивность, права: перемены необходимы и неизбежны, а мы с ней действительно идём к одной цели, пусть и разными путями. Вопрос лишь в том, какой из них менее тернист и отстоит дальше от пропасти плохих финалов. Я, хоть и знаю возможное будущее, — увы, не пророк и не великий умник, способный строить глобальные планы и оперативно менять их для соответствия переменчивым условиям; поэтому остаётся надеяться на лучшее, принимать краткосрочные, всего лишь на один-два хода вперёд, решения и раздумывать над возможными «граблями», прикидывая методы их обхода или, на худой конец, минимизации потерь. Благо, пусть и довольно поверхностные, но знания истории революций прошлого мира в этом помогают.

Кстати, одна из смутно припоминаемых теорий — мальтузианская*, вроде — утверждала, что социальные потрясения может вызывать именно перенаселение и следующий за ним по пятам голод. Если мне не изменяет память, теория эта корректно работала лишь в доиндустриальных обществах; но если подумать, на данный момент большая часть Империи как раз и скатилась к этому уровню.

/*Мальтузианство — демографическая и экономическая теория, созданная в конце 18 века английским учёным Томасом Робертом Мальтусом. Согласно этой теории, население, если его рост ничем не сдерживается, увеличивается в геометрической прогрессии (стремится к удвоению каждые 25 лет), тогда как производство средств существования (прежде всего, продуктов питания) — лишь в арифметической, что неминуемо приведёт к голоду и другим социальным потрясениям. Ситуация, когда рост населения обгоняет рост производства средств существования, называется «мальтузианской ловушкой»./

Собственно, достаточно присмотреться — и можно легко увидеть, как безопасные и плодородные земли уже не могут уместить всех крестьян, что идут работать в города… которые тоже не способны переварить все рабочие руки. Дворян тоже стало как-то слишком много, заметная часть из них не владеет ничем, кроме своего благородного имени. И даже традиционный для благородного сословия социальный лифт в виде той или иной государственной службы уже практически перестал работать из-за многочисленных детишек тех, кто уже поднялся по служебной лестнице и озаботился будущим следующих поколений.

«Хм… пожалуй, надо будет добавить в свою «программу спасения» пропаганду контрацептивов и налог на чрезмерное количество детей. И строгое наказание для умников, сбагривающих своих чад в рабство или ещё куда. Про школы для подготовки разносторонних специалистов из сирот забывать тоже не стоит, — делаю себе мысленную заметку. — Повышение среднего образовательного уровня, особенно у женщин, само по себе замедляет рост населения, как и урбанизация. На Земле это даже к депопуляции в развитых странах привело. С другой стороны, в крестьянском обществе дети традиционно служат источником бесплатной рабочей силы в настоящем, и своеобразным «пенсионным обеспечением» родителей в будущем. То есть сначала придётся разбираться с этим», — дополняю мысленную пометку новыми выводами.

И недовольно выдыхаю, услышав звук открывающейся двери, а затем приближающиеся шаги.

«Даже здесь покоя не дают!»

— О чём мечтаешь, твоя злобность? — встав по правую руку, чуть гундосым голосом спросил подошедший сзади Кей.

— Да так, о глупостях. И о том, чтобы меня не беспокоили. Или ты чего-то хотел? Ты же у нас смертельно обижен за сломанный нос, нет? — с долей насмешки уточняю у «невинно пострадавшего» в тренировочном бою шутника.

— Ни капли сочувствия и раскаяния к избитому другу, — парень сокрушённо покачал головой. — Ай-ай-ай, Куроме-чи, как можно быть такой злой?

— Как можно быть таким раздолбаем, — передразниваю я. — Хватит уже паясничать, если хочешь поболтать — иди к кому-нибудь другому. А насчёт носа... я ведь уже сказала, что ты сам нарвался на ударотерапию. Да и я не подгадывала случая специально: высунулся и пропустил удар — значит, сам виноват.

— Да-да, совсем не специально! — Кей нагло проигнорировал посыл первой части реплики. — И гранаты ты тоже не специально кидала, подруга? — ехидно осведомился он.