Читаем Из чаши (СИ) полностью

– У вас есть какие-то результаты? – вздохнул Иван. – Может, нашли, где он сидел, как сбросил эти сосульки?

– Был взлом патрульного дрона с полицейской видеокамерой, его подвели к карнизу и сбили кусок льда. Затем дрон разбился в ближайшем дворе. Исследуем обломки и полицейскую сеть, как взломщик проник в нее.

– Я слышал, залезть в защищенную компьютерную сеть типа полицейской гораздо легче, если в ней есть предатель, вольный или невольный.

– Мы рассматриваем такую возможность. Если найдем предателя, его посадят на кол посреди двора полицейского управления.

– Вы шутите?

– Хотелось бы мне не шутить, но… Результаты поиска среди эмигрантов с Доминики пока отрицательные, никого похожего на нашего клиента. Служба Контрразведки все еще изучает способы, которыми взломали камеры и коммуникации. И мои источники в службе намекают, что в ближайшие дни дело могут забрать у полиции и передать контрразведчикам.

– То есть я больше не буду с вами работать?

– Не будете. Возможно, «опричники» обеспечат вам безопасность лучше, чем мои ребята, но я бы не сильно радовался. Дело оказалось серьезное. С такой легкостью взламывать системы могут наборы цифровых мастер-ключей. Мастер-ключами располагает не всякая планетарная спецслужба, это уровень Специальной Службы Безопасности Человечества.

– И что теперь будет?

– Я не знаю. Но вас могут ограничить в свободе передвижения, заморозить банковские счета, да все что угодно, если метрополия обратит внимание на это дело. Кстати, о деньгах. Неожиданно появилась новая зацепка. Система отследила кредиты с банковской карты Юрия Карпенко. Их сняли со счета уже после его исчезновения.

– Так он расплачивался своими деньгами? – Иван сделал затяжку успокаивающим ингалятором.

– Может, и не сам Юрий. Деньги прошли через несколько магазинов. Покупки непростые. Основа для кулинарного геля, в таких количествах из нее можно лепить тренировочные мишени для порохового оружия. Аккумуляторы. Листовой полимер, из которого можно делать бронежилеты. Универсальные резаки.

– Это что, закупки для террористов? На большую сумму?

– Около шестидесяти тысяч.

– Сумма серьезная, и тем не менее ради нее «светить» банковскую карту похищенного человека… У людей со средствами уровня ССБЧ нет способов быстро достать шестьдесят тысяч? Это звучит как безумная игра.

– Согласен, Иван, возможно, преступники специально оставили этот след. Я не знаю смысла их поступков, не понимаю их логики… И причастные следователи тоже не понимают. Но их ресурсы, их способность избегать нашего поля зрения впечатляют. Это очень хорошо подготовленные и оснащенные люди, на одном безумии так не получается. Знали бы вы, какие суммы готовы выложить за электронный мастер-ключ на черном рынке, даже если просто дает доступ к базам данных желтой прессы, а у них ключи к военным данным. Если эти бандиты и безумны, они хитры и чертовски умны. Что вы думаете делать дальше?

– Поеду в гостиницу и стану ждать там, пока от Федора не поступят четкие инструкции. Сейчас еще светло и на улице много людей, можно идти?

– Вам вернут коммуникатор на стойке. Пока вы задействовали межзвездный передатчик Вайхмана, подозреваемые взломали ваш аппарат и стерли запись разговора. У нас все так же нет образца голоса злоумышленника.

– Что-то он говорил такое… интересное. Про место своей работы вроде. Но не помню.

– Постарайтесь вспомнить. Я поручу сопровождать вас на улице при помощи камер наблюдения. Ради Бога и Перуна, поспешите сразу в отель.

– А что это за люди в белом, на солдат похожи, их сейчас в участке целая куча. Я думал, это подмога, чтобы ловить желтомордого, простите.

– Ах, эти, – устало произнес шеф полиции, – конечно, никакая это не подмога. Головорезы из «Шеол-консалтинг». Прилетает финансовый директор от самой Куреневой с проверкой. Вот они и путаются под ногами, типа помогают нам. Сейчас все заняты встречей, никому нет дела до пропавших журналистов. Держитесь подальше от этих… операторов. И не задерживайтесь на пути в гостиницу. Я постараюсь позже вечером написать, что нового, а пока должен идти.

Голография погасла. Иван встал из-за стола и вышел из переговорной в коридор. Он был в полицейском участке, где уже два часа давал показания. В участок Фомина доставили сразу из кафе, когда он чуть не оставил планету без света.

– Закончил? Наконец-то! – проворчал дежуривший под дверью констебль. – Не хочу тратить время на всяких христанутых! Пошли!

Иван не считал себя христианином, но его эти слова уязвили. Религиозная ненависть выскочила из полицейского, как смрадный пузырь со дна болота.