Читаем Из чаши (СИ) полностью

Утром префект въехал в деревню на новом, хотя и запылившемся черном электромобиле. В деревне Оакенбокс постоянно числилось всего два электромобиля: один принадлежал старику Семкевичу, не имел аккумуляторов и постепенно догнивал в сарае, вторая машина, цистерна молочника Эфраима, на которой тот возил молоко для перепродажи на базары в соседние городишки и воду от реки во время летнего зноя. Эту цистерну каждый мальчишка в округе облазил много раз, несмотря на ругань и угрозы со стороны владельца. Остальные предметы с колесами в Оакенбоксе: мшистые от времени трактора, тачки, телеги для мулов и простые тяжелые велосипеды. Неудивительно, что все ребята высыпали на улицу встречать гостя, обступили машину и начали крутить дверные ручки.

Префект не отгонял любопытную детвору, он, улыбаясь, закрыл электромобиль на ключ, пожал руку деревенскому старосте – солтысу и сдержанно поклонился местному священнику, отцу Вацлаву. Хотя во многих мелких поселках этой части планеты священники совмещали со службой и управленческие функции, отец Вацлав предпочитал не использовать открыто дарованную ему Церковью власть. Он доверил реальные дела, вроде сбора урожая или подготовки к зиме, старосте, а сам сосредоточился на душах паствы. Решал споры, помогал советом и интриговал, куда без этого. Вот и сейчас префект подождал, пока крестьяне прогонят своих детей, а затем вся начальственная троица, префект, солтыс и отец Вацлав тронулись не к большому трактиру, в котором обычно вел дела староста, а на холм, который венчали церковь и дом священника. Начальство сопровождали робкие местные, неуклюже пытающиеся выведать, какая максимальная цена на мясо, за которую не будет штрафовать городская управа, пожаловаться на соседа, укравшего выросший на меже саженец яблони и так далее.

Среди осматривающей машину детворы не было одного парня. Хотя он себя уже не относил к детям. Сын мельника, Рей Калист, не так давно встретил свой пятнадцатый день рождения по земному времени. Рей занимался очень взрослым развлечением, как ему казалось. Он нес на руках дворового черного кота, Тома, к колодцу на окраине деревни. Том был очень добродушным, но Рей считал это проявлением животной глупости. Сколько раз сынок мельника пинал его, привязывал жестянку к хвосту, швырял в кота жменями щебня – а кот все равно при первой возможности просил Рея взять его на руки, вот дурак! И сейчас сынок мельника в очередной раз собрался использовать кошачью наивность.

Возле колодца стояла небольшая бадья, в которую кто-то налил воды, может для умывания. Вот к ней и направился Калист младший. Поухмылявшись еще немного глупости кота Тома, Рей медленно опустил животное на руках в бадью. Вскрикнув, кот извернулся, цапнул мальчишку за руку и бросился бежать.

– Ты меня укусило, тупое исчадие! – Рей обрадовался крошечной ранке на своей ладони. Она давала повод наказывать (мучить) беззащитного кота на «законных» основаниях.

Кое-как отряхнувшись, Том бросился бежать. Но опять-таки не сообразил, вместо того чтобы юркнуть под высокий забор, кот забился в тупиковую щель под курятником возле ближайшей к колодцу хижины. Рей сразу же заблокировал Тому путь к отступлению.

– Вылезай, выродок! – весело крикнул парень, глядя в два испуганных зеленых кошачьих глаза.

– Что ты делаешь, Рей? – окликнул девичий голос.

Калист обернулся. У колодца стояла Мэгги, девочка из семьи бедного фермера с фамилией Бийон. В руке она держала ведро, пришла за водой.

– Учу этого черного беса послушанию! – сквозь зубы, по-взрослому ответил Калист.

– Это что, Том? Ты вообще больной, Рей?! Зачем обижаешь кота? А если бы тебя так?

– Да он же черный! Это цвет самого черта!

– И цвет одеяния благочестивых монахов! Если бы не Том и другие коты, всю муку твоего отца сгрызли бы мыши. Черная у тебя душа, Рей, а на кота грешишь!

Мэгги презрительно хмыкнула и начала вращать колодезный ворот. А Рей неожиданно разозлился. Эта девчачья гордыня даже отвлекла его от мести Тому. И он не придумал ничего лучше, кроме как схватить бадью и окатить несчастную девочку с ног до головы водой.

– Рей! Ты дурак!!! – взвизгнула Мэгги. – Что ты наделал?!

А Рей смотрел на свою новую жертву, его будто обнимало зарождающееся пламя. Простое деревенское платье намокло, прилипло к телу Магдалены, просвечивало в желтом утреннем свете. Мэгги была на год старше Рея и немного выше. Калист видел ее бледно-серую кожу, пятна желтого пигмента на худых, но уже слегка сутулых от тяжелой работы плечах, и под почти сформировавшимися грудями, и вокруг пупа на плоском животе, и на острых коленях. Серые волосы липли к плечам, зеленовато-серые глаза блестели от слез.

– Ах ты, падшая… – Рей попытался подобрать слова из проповеди, но в итоге пришел к тому, что чаще всего слышал от старших ребят, когда они рассказывали истории, лежа на берегу реки, – шлюха!!! Ну, я тебе покажу! Я тебя сейчас проучу!

Рей Калист шагнул к оторопевшей девчонке. В ушах стучало, жидкое пламя будто текло по животу вниз. Яркий желтый свет Доминики слепил глаза, и одновременно их застлал морок.