Он действительно позвонил в мастерскую Ростова и попросил пригласить к телефону Юлиного деда.

Пока Вяземский договаривался по телефону с Ефимом Наумовичем, Казанцев шепотом уговаривал девушку:

— Ну же, соглашайся, девочка! Поверь, с такой охраной как мы, тебе сам черт не страшен! Мы защитим тебя от всего на свете! А нас ты не бойся. Мы с Вяземским никогда не обижали маленьких, даже в детстве….

* * *

…. Прошло полгода. Буйный май раскрасил мир яркими красками.

Юля и Вяземский стали лучшими друзьями!

Юлька боготворила своего покровителя! Он был для неё кумиром и предметом её девичьих грез.

Гриша же обожал девчонку и считал её своей младшей сестрой. Он водил её в цирк и на концерты, в кино и на различные шоу. Вместе они ходили в кафе и рестораны. Он даже на дискотеку с ней пошел, хотя, после её посещения поклялся, больше там никогда не бывать.

Он носился с ней, как с писаной торбой! Вся компания знала, об их трогательных отношениях. Все боялись, лишний раз, взглянуть на Юльку, опасаясь навлечь на себя гнев Вяземского.

Он и его красавец друг, стали рыцарями Юли. Её ангелами — хранителями. За полгода, эти двое сделали то, что десять лет пытались исправить психологи. Смолкин и его жена, буквально, молились на молодых людей!

Юлька, как феникс восстала из пепла. Она стала веселой хохотушкой. От прежней буки не осталось и следа. Все страхи куда-то исчезли.

Если, поначалу, Людмила Александровна и протестовала против такой странной дружбы, то потом успокоилась. Мужчины относились к своей маленькой подружке, настолько трепетно и нежно, что Юлина бабушка только диву давалась!

А Юлька?! Юлька была счастлива! И если к Кириллу, она относилась, просто как к другу, то в Григория, она была влюблена по уши! Но, к её великому сожалению, Вяземский относился к ней просто как к младшей сестренке. А Юльке так хотелось, чтобы он, увидел, наконец, в ней любящую женщину. Она уже выросла! Ведь ей, через два месяца исполнится восемнадцать!

Но Григорий ничего не замечал. Он привозил её домой. Приезжал к ней в гости. Пил чай с её стариками. Помогал готовиться к сессии, даже увлеченно играл с ней в компьютерные игры. На 8 Марта, он подарил ей уморительного щенка шарпея. Щенок был таким хорошеньким, весь в складочку! Юлька моментально влюбилась в него. Теперь, она даже спала вместе с Бимом.

* * *

Но, Вяземский, никогда не брал её с собой, если они с другом ехали в ночной клуб или ресторан.

— Ты еще маленькая, — категорически заявлял он, — маленьким девочкам нельзя быть там, где отдыхают взрослые.

Юлька обижалась.

— Некоторые манекенщицы, между прочим, — говорила Юлька, надувшись, — которые работают в твоей компании, еще моложе, чем я. Лизке Бояриновой, например, вообще только 15, но ты же берешь её с собой!

— Юля, — вздохнув, объяснял ей Григорий, — Лиза, птица другого полета. Она…, ну, вообщем она — модель, и этим все сказано. И она обязана бывать на презентациях. Это её работа. А тебе, даже не стоит сравнивать себя с ней!

— Ну, и лети к своей птице!

— Что значит — к своей?! Юля! Думай, что ты говоришь! Я взрослый мужчина и никогда не опущусь до отношений с малолеткой! И Казанцев тоже!

Он нежно целовал её в щечку и уходил. А Юлька оставалась.

— Нет! Он никогда не полюбит меня! — злилась Юлька, закрывшись в своей комнате, — для него я навсегда останусь малолеткой!..

В конце мая, перед самым показом новой коллекции, в семье Смолкиных случилось несчастье. Ефима Наумовича свалил тяжелейший инфаркт. Вяземский устроил его в лучшую клинику, заплатив кучу денег. Его жена, дневала и ночевала в больнице.

Григорий и Кирилл взялись присматривать за Юлей.

8

После презентации коллекции, Вяземский бросил ключи от своего дома Казанцеву и сказал:

— Забирай девчонок и дуй ко мне. Я мигом слетаю, проведаю Юльку и тут же назад.

Они разъехались в разные стороны.

Подъехав к дому Юли, Вяземский вышел из машины и посмотрел на окна.

В окне девушки горел свет.

— Вот маленькая вредина! — пробормотал он себе под нос. — Второй час ночи, а она до сих пор не спит! А ведь по телефону сказала, что уже в кровати. Опять в Интернете торчит! Ну, сейчас, она получит у меня!

Он почти бегом направился к подъезду.

Вдруг, его внимание привлек полузадушенный крик и собачье тявканье. Решив посмотреть, в чем дело, он зашел за угол.

Там, прижав девушку к стене и зажав ей рот рукой, какой-то мужик, грубо лапал Юльку. Рядом, на поводке скулил щенок.

От ярости у Вяземского потемнело в глазах.

Твою мать! — грязно выругался Григорий. — Убери от неё свои лапы, тварь!

Он подскочил к мужчине, отодрал от девушки и нанес ему сокрушительный удар в челюсть.

— Мерзкий выродок! Убью! — не помня себя от ярости, орал Григорий.

Мужик, как пушинка отлетел в сторону, затем, встал на карачки и стал отползать в темноту.

— Юля! Юленька! Что с тобой, девочка?! — Вяземский кинулся к Юле.

Та, закатив глаза, медленно сползала по стене.

Гриша скинул пиджак, завернул в него девушку, взял её на руки и, запихнув под мышку собаку, понесся к машине.