— А я, сказать по правде, не надоедал с просьбами. Сейчас мы делаем ремонт в ДК Горбунова, куда пришли с благословения руководства космического центра имени Хруничева. После того как несколько лет назад из ДК съехали рокеры, здание по большей части пустовало. Приводим его в порядок. Объем предстоящих работ пугающе велик. Но, как говорится, глаза боятся, а руки делают. Хотим организовать театр по бродвейско-репертуарному принципу, хотя в этой формуле и заложено некоторое противоречие. Замысел в том, чтобы каждый месяц на сцене шли, сменяя друг друга, три мюзикла — по декаде. Для старта выбрали спектакль по произведениям советских и американских композиторов 20—30-х годов прошлого века. Мы с Лешей Кортневым написали пьесу, Лева Оганезов собрал великолепный музыкальный материал, композитор Юра Потеенко сделал интересные аранжировки. В главных ролях — Валерия Ланская и Ефим Шифрин. Работа кипит. Называться мюзикл будет «Времена не выбирают». Звучит не слишком оптимистично, но по сути это светлая, мелодраматичная история. Премьера намечена на 21 февраля. За четыре дня до этого устроим гала-концерт, приуроченный к открытию театра и пятидесятилетию Макса Леонидова, чей мюзикл «Растратчики» лежит у нас в портфеле. Его начнем репетировать во вторую очередь. Надеюсь, в марте. Если, конечно, ремонт переживем…

— Вот и желание, которое можете загадать под бой курантов в новогоднюю ночь.

— Знаете, я по жизни не трус, испугать меня трудно, но сейчас, не скрою, сильно нервничаю. Давно не испытывал такого. Очень не хочется сесть в лужу. Конечно, лучше полагаться на свои силы, но в этой ситуации даже от помощи Деда Мороза не отказался бы. Вдруг подсобит с материализацией задуманного?

Что касается новогодних праздников, самое «веселое» 31 декабря выдалось у меня в 1999 году. Я тогда возглавлял ВГТРК и в последний день года собрался с коллегами в… баню. Да-да, буквально по сюжету бессмертной комедии Эльдара Рязанова! А какой смысл сидеть в конторе, если сетка вещания сверстана, «консервы» давно заготовлены? «Голубой огонек» и все такое прочее… Еду в машине, и вдруг звонок: всем срочно возвращаться на базу! Борис Ельцин заявил об уходе в отставку. Михаил Лесин тогда полетел с Владимиром Путиным в Чечню, а я занимался тем, что пытался перегнать ПТС — передвижную ТВ-станцию — туда, где совершит посадку вертолет с исполняющим обязанности президента. Место держалось в строгом секрете. Ситуация осложнялась тем, что Виктор Казанцев, командующий войсками в регионе, во избежание ЧП и провокаций приказал стрелять на поражение по всему, что шевелится. Я боялся, как бы под случайный огонь не угодил наш «Мерседес» с техникой и ребятами. Но и это было еще не все. Тогда, если помните, нас пугали проблемой-2000. Дескать, по случаю наступления миллениума обнулятся компьютеры и сбросят всю информацию. Действительно, спутник, через который мы передавали картинку из Чечни, в самый неподходящий момент начал перезагрузку… К счастью, все обошлось. Так что в баню я не попал, но домой аккурат к полуночи влетел. В 1999-м нам в последний раз удалось собраться за праздничным столом всей семьей, отец был еще жив… А Борис Ельцин, с которым мы сдружились после его отставки, пригласил меня вести вечер в Кремле, посвященный его 75-летию. Я был таким Дедом Морозом. Правда, без бороды из ваты…

Андрей Ванденко

Куклы наследника престола / Искусство и культура / Театр

С конца 30-х годов прошлого века в музее Театра кукол им. С. В. Образцова пылилась старинная ширма с логотипом Guignol. Гиньоль — слово, обозначающее одновременно ярмарочный театр и перчаточную куклу — персонаж, такой же популярный во Франции, как у нас Петрушка. Он — рабочий шелковой мануфактуры, народный герой с хорошей смекалкой и чувством юмора. Вместе с ширмой в музее хранилось семь кукол — сам Гиньоль, Арлекин, Капрал, Невеста, Служанка, Бабушка и Офицер. В путеводителе по музею от 1940 года эти персонажи характеризовались как «образец французского театра». Никто и не стал бы интересоваться, кому они принадлежали раньше, если бы не одна удивительная находка…

Кинорежиссер Евгений Герасимов решил снять фильм о жизни Саввы Мамонтова и, естественно, захотел максимально близко воспроизвести эпоху знаменитого мецената. Чтобы погрузить зрителя в атмосферу Италии XIX века, где Савва часто бывал, понадобилась декорация популярного тогда в Европе кукольного театра «Гиньоль». Позаимствовать ее решили в музее Театра Образцова. «Я взял ширму из экспозиции и отнес к себе в мастерскую, чтобы осмотреть перед съемкой, — вспоминает художник-технолог театра Александр Лигусов. — И вдруг в глаза мне бросился кусочек бумаги размером с почтовую марку и выцветшим орнаментом. Чернилами на нем было написано: «Александр. дворец пол. Насл-ка игральная № 333».