Читаем Итоги № 51 (2012) полностью

— Еще бы. Тогда открывался крупный торгово-выставочный центр, я ждала на втором этаже, а Виталий с папой поднимались по эскалатору. Смотрю на отца и сына — ну просто близнецы! Оба высокие, с огромными глазами. Младший Петров мне запомнился как худющий шестнадцатилетний парень в скромной водолазке и с гигантскими часами. Первая мысль: «И как они на его тоненькой руке помещаются?»

Что такое «Формула-1», в семье Петровых на тот момент вообще не знали, даже трансляций не смотрели. До сих пор, если схватить Виталия за руку и спросить в лоб о его желаниях, он ответит: «Хочу ездить в ралли!» И все же я решила познакомить его с Джанкарло Минарди. О «Формуле-1» речи, конечно, не шло: предполагалось, что Джанкарло просто порекомендует какую-нибудь европейскую гоночную серию, в которой Петров мог бы набраться опыта.

Мы поехали с Виталием и еще одним пилотом в Италию, где я свела их с двумя людьми. С Винченцо Соспири, моим давним приятелем и бывшим чемпионом по картингу и «Формуле-3000», которая сейчас называется GP2. И с Джанкарло Минарди. Собственно, моя роль свелась к тому, что я всех перезнакомила, а потом просто переводила. Вскоре мне позвонил Джанкарло и сказал: «Оксана, если у тебя много свободного времени, займись карьерой Виталия». Минарди посоветовал начать с туринга только потому, что Петров был крупным гонщиком. В смысле худым, но высоким: метр восемьдесят три, и в кузовные машины ему было бы легче помещаться.

— Когда вы сами поверили в Петрова?

— Я все поняла очень быстро. Мы вернулись в Россию, я посадила Виталия в свой боевой Volkswagen Polo, и он, стартовав с последнего места, сразу же выиграл гонку. Причем мне показалось, что еще чуть-чуть, и он всех обгонит на круг. Петров действительно фантастически быстрый пилот, он прекрасно чувствует машину. Это природное, объяснить невозможно. Когда я увидела, как он едет, у меня просто что-то екнуло внутри.

— Словосочетание «личный менеджер» манило?

— Я вообще не представляла, что это такое. Нет, тогда я уже была знакома с Вилли Вебером, менеджером братьев Шумахер. И думала: вот дядька зажигает! Представляете, 25 процентов с любого гонорара достаются ему, при этом на гонках встретить Вебера невозможно. Он где-то ездит, с кем-то договаривается, но как будто не прилагает никаких усилий. Вот так мне в то время виделись обязанности менеджера автогонщика.

В общем, я сказала Петрову: «Вот формульный болид. Если хочешь серьезно заниматься автоспортом, нужно садиться в него». Если честно, решение за Виталика тогда принял папа. Мы вновь отправились в Италию, чтобы выступить в местном чемпионате Formula Renault 2.0. Получилось очень смешно: прямо накануне нашего отъезда Петров, выигравший Кубок LADA, был признан лучшим гонщиком в России, а спустя всего несколько дней в Италии он квалифицировался не то 26-м, не то 29-м. До сих пор передо мной его лицо... Поверьте, что бы ни говорили про Петрова, он многого добился своим трудом. Он трудолюбивый. Хотя... Пожалуй, нет. Лентяй. Но если Петров видит, что нужно что-то сделать, он упрется рогом, выжмет себя.

Я в тот момент не могла не вернуться в Россию: тут работа, семья. Виталий остался в Италии один, не зная даже английского. Мы сняли ему квартирку, показали, где включается газ, где свет. Вот тебе магазин, вот машина — живи!

По итогам сезона Петров занял только 19-е место, но это был отличный опыт. Виталий ведь никогда не выступал в картинге, ему нужно было это как-то наверстывать. Вот мы и наверстывали. Помню, когда сезон закончился и мы приехали с его папой в гости к Виталику, он стал заказывать по телефону еду. Отец тогда пошутил: «А что, недорогие курсы английского получились!»

— Как на Западе отнеслись к появлению русского пилота и русского менеджера?

— Я вообще сомневаюсь, что там меня кто-то воспринимает как русскую. В мире автоспорта национальность не играет никакой роли. Bionda — так меня называют. Вот в момент заключения коммерческих сделок национальность действительно мешает. Со времен 90-х сложился стереотип, что наш бизнесмен — это человек с большими деньгами, который раскидывает их направо и налево. Сейчас, впрочем, ситуация в Европе меняется: приезжают молодые, образованные русские — они очень жестко ведут переговоры. Это и про меня тоже. Когда вышел фильм «Железная леди» про Маргарет Тэтчер, я получила около двадцати дисков в подарок.

— А руководство «Формулы-1», Берни Экклстоун — он же заинтересован в привлечении российской аудитории. Были попытки действовать через вас?