Читаем Итоги № 46 (2013) полностью

Что стали представлять собой овощные базы Московского региона, пройдя через мутные процедуры акционирования? Многие из них по профилю практически не работают — занимаются чем угодно, только не складированием, фасовкой и оптовой торговлей плодоовощной продукцией. А с отставкой Лужкова с поста мэра канула в Лету и практика централизованных закупок овощей с сопутствующей закладкой их на хранение за счет бюджета. Делалось это для удержания розничных цен в случае дефицита. Базы лишились гарантированной части дохода. Коммерческий рынок оптовых поставок захватили три основных игрока: овощебазы «Покровская» (та самая Бирюлевская, официально — «Новые Черемушки», которой владеют братья Гаджиевы), а также подконтрольные семье Михаила Гуцериева «Вегетта» в Долгопрудном и «Курьяновское».

На сайте департамента торговли и услуг Москвы нет точных данных о количестве плодоовощных баз в столице. В разделе «Продовольственная безопасность» указаны 10 компаний, которые, вероятно, владеют крупнейшими площадками. Помимо ЗАО «Новые Черемушки» в списке присутствуют ЗАО «Красная Пресня», ОАО «Перовское», ЗАО «Виктория», ЗАО «Куйбышевское», ЗАО «Кузьминское», ЗАО «Деметра», ОАО «Курьяновское», ЗАО «Москворецкое» и ОАО «ОПК Зеленоградский». Суммарная выручка всех овощебаз в Москве за 2012 год составила 7,62 миллиарда рублей. Однако, как утверждают участники рынка, это лишь белый доход, а основные заработки приходятся на теневой сектор.

За год Москва съедает около трех миллионов тонн овощей и фруктов. Около 50 процентов плодоовощной продукции московские семьи покупают в супермаркетах и гипермаркетах, которые услугами овощебаз не пользуются, рассчитывая на собственные логистические центры. Базы же снабжают овощами и фруктами розничные рынки, торговые павильоны и маленькие магазины. Есть ли хоть какая-то гарантия того, что продукция, поступающая туда, безопасна для потребителей?

Горе луковое

В конце октября в Москве разразился скандал. На рынке в Северо-Восточном округе проверяющие Россельхознадзора обнаружили 77 тонн опасного картофеля, завезенного из Белоруссии. Партия оказалась заражена золотистой картофельной нематодой. Для человека нематода неопасна. Риск в том, что с зараженных клубней она может попасть в почву и в дальнейшем привести к резкому снижению урожайности. Формально опасный вредитель прибыл в Россию законно. Документы на товар были в порядке, в частности имелся фитосанитарный сертификат, выданный Главной государственной инспекцией по семеноводству, карантину и защите растений Белоруссии. Но в этом-то и таится засада. В Россельхознадзоре отмечают, что легче всего завезти сельскохозяйственную продукцию через государства Таможенного союза. Причем это могут быть не только продукты местного производства, но и так называемый реэкспорт — товары, которые, допустим, были ввезены в Белоруссию из Западной Европы, а потом перенаправлены на московские овощебазы. Фитосанитарный сертификат на продукцию выдается в стране-производителе. С этим документом груз поступает в Россию и следует на овощебазу. «Обычно импортные продукты проверяют на соответствие нашим санитарным нормам на границе, — поясняет помощник главы Россельхознадзора Алексей Алексеенко. — При ввозе продуктов в страны Таможенного союза на его границах контроль ведется, но за время пребывания на территории той же Белоруссии продукты могли утратить свои качества, банально испортиться из-за неправильного хранения».

Контроль за качеством сельскохозяйственной продукции с российской стороны сегодня сведен к минимуму, если не к нулю. «Дело в том, что с 2011 года при транспортировке продуктов внутри Таможенного союза не требуются документы ИКР (импортных карантинных разрешений)», — поясняет Алексей Алексеенко. Ранее их оформлением и выдачей занимались территориальные отделения Россельхознадзора. Чтобы получить карантинное разрешение, нужно было предоставить множество документов. В частности, справки, подтверждающие, что помещения, в которых складируется и постоянно хранится подкарантинная продукция после ее доставки и разгрузки, подвергались обеззараживанию. Требовалась копия контракта с владельцем помещения, где временно хранится товар, копия контракта на аренду складских помещений, обязательно с подписью и печатью заявителя. «Раньше мы знали, откуда поступает продукция, и могли проконтролировать ее путь от поля до прилавка, — поясняет Алексей Алексеенко. — Сейчас у нас для этого инструментов нет. Получатель продуктов, в частности директор овощебазы, должен сам информировать нас о поступившем грузе — когда и откуда он пришел. Но на практике такая информация часто замалчивается. За каждую сокрытую партию товара директору овощебазы грозит штраф — 500 рублей. Эта сумма ничтожно мала, и штрафных санкций на овощебазах не боятся».