Впрочем, погасить или хотя бы ослабить настоящий большой тайфун еще никому не удавалось. Причина банальна: это очень дорогостоящее мероприятие. Например, математическое моделирование показало, что технология апвеллинга, примененная вдоль побережья Мексиканского залива, может понизить скорость ветра в урагане на 15 процентов, сократив материальный ущерб от разгула стихии на 40 процентов. Только вот расходы оцениваются примерно в 4,5 миллиарда долларов в месяц. Ни одна страна потянуть такие траты сегодня не может. И пока все попытки приручить стихийные бедствия выглядят довольно нелепо. Это похоже на то, как если бы у вас дома протекала труба и каждый раз, когда вас заливает, вы делали дорогостоящий ремонт. Надо бы починить трубу, да непонятно, как это сделать, и к тому же никто не берется сказать, где назавтра труба даст новую течь. Однако авторы более оптимистических прогнозов надеются, что не за горами время, когда ученые найдут дешевые способы управления тайфунами и другими стихийными бедствиями, поставив на службу человечеству таящиеся в них колоссальные запасы энергии.

Прикинувшись овощем / Общество и наука / Общество

Прикинувшись овощем

/ Общество и наука/ Общество

Как московские овощебазы превратились в зоны, свободные от закона, порядка и здравого смысла

За четыре последних месяца городские власти провели на объектах торговли 1500 проверок. Об этом отчитался на прошлой неделе глава столичного департамента торговли и услуг Алексей Немерюк. Шерстят рынки, торговые центры и овощные базы. К последним — самое пристальное внимание после событий в Бирюлеве. «Итоги» решили разобраться, сколько в столице таких зон, свободных от закона и права, по каким правилам они живут, кем контролируются и чем торгуют?

Наследники Чиполлино

Еще во времена СССР, накануне московской Олимпиады, овощебазы превратились в своеобразные «внутренние офшоры». Поскольку масса сельскохозяйственной продукции автоматически подпадала в те годы под определение «дефицит», ее распределение приносило огромные прибыли — будь то поставки мандаринов к райкомовскому новогоднему столу или отгрузка яблок в детские сады. До детских учреждений яблоки не всегда доходили, чаще отправляясь прямым ходом в магазины, директора которых заранее проплатили откат.

«В столице на вершине пирамиды злоупотреблений в торговле овощами находился в то время чуть ли не лично глава Мосгорплодовощторга, — рассказывает ветеран МВД, бывший сотрудник ОБХСС Владимир Шапкин. — Мы вели разработку, однако доказать вину столь высокого руководителя не удалось, задержали лишь начальство двух баз — Перовской и Хлебниковской, да и тех скоро отпустили. А вот коллеги из Питера в этом плане оказались более удачливыми. В 1982 году 2-й отдел Ленинградского управления БХСС отправил за решетку «хозяина» ленинградских овощебаз — начальника Главленгорплодовощторга Капитона Кузнецова и всех его заместителей».

Криминальная составляющая в овощном бизнесе была всегда, не зря один из самых влиятельных преступных авторитетов Подмосковья до сих пор известен в узких кругах под прозвищем Лучок — это память о его работе на овощебазе, которая потом перешла под контроль организованной преступности.

Показательно, что сегодня примерно на половине баз основными совладельцами остаются бывшие «красные директора», их заместители или их дети. По словам Владимира Шапкина, именно в советские времена овощебазы начали попадать в круг интересов выходцев из южных республик СССР, что в общем-то и неудивительно — в те времена основными поставщиками овощей-фруктов были Дагестан, Узбекистан, Армения, Азербайджан. Тогда же предприимчивые южане — экспедиторы и снабженцы, закрепились на овощных базах столичного региона. А в 90-е грянули акционирование и приватизация. Бывшие снабженцы вошли в состав учредителей московских овощебаз. О том, что было потом, остается только догадываться. Например, первый директор и фактический владелец в постсоветский период теперь уже печально известной Бирюлевской овощебазы Галина Падальцына сначала почему-то передала свою долю акций неким дагестанским предпринимателям, а потом и вовсе таинственно исчезла. В отделе розыска МУРа до сих пор лежит дело по факту ее бесследной пропажи...