Читаем Итоги № 34 (2013) полностью

— Что же, все это время сидеть у окна и ждать? А жить на что?

— В советское время необходимо было трудоустроиться в течение трех месяцев после армии, и мне никто не запрещал пойти на время куда-то еще. Я до призыва в Вооруженные силы пару месяцев работал помощником моториста на автобазе Министерства промышленности средств связи СССР (МПСС). Рулить тогда не взяли: мол, маленький еще. Дисциплина в коллективе была ого-го, хотя гараж и гражданский. Зато научился чинить машины. Своими руками все пощупал, как бы собрал пару моторов (после меня их вновь перебирали, но говорили: «Ничего страшного, зато понятие есть»). Потом предлагал своим знакомым услуги по ремонту двигателей. Интересно же было. После службы вернулся обратно, продолжил работать, но уже водителем, параллельно занимаясь оформлением в КГБ.

— А в Кремль за это время вызывали?

— Да, четыре или пять раз. Всякие уточняющие вопросы о моей жизни задавали. На работе об этом не знали, более того, в отделе кадров просили никому не говорить. Уточняли мой график и исходя из него назначали время. Могли вызвать в субботу. А когда пришло время уходить, мне прислали такую повесточку, как при призыве на действительную службу в КГБ СССР. Принес в отдел кадров автобазы МПСС — у всех глаза на лоб полезли.

— И вас сразу посадили на лимузин?

— Нет, до этого нужно было еще дорасти. Для начала нас направили на специальные курсы в Купавну. Там войсковая часть, своего рода учебка. Мы месяца три занимались, вроде как к сессии готовились: жили на казарменном положении, ходили в форме, упор на спорт. Подъем в шесть утра, пробежка. Солдаты бегут — и мы за ними. Но если они наматывали по пять кругов, то у нас были поблажки: могли всего парочку пробежать — так, для бодрости.

— Кто контролировал учебный процесс?

— На каждую дисциплину был отдельный человек. Если инструктор по стрельбе — значит, он учит только огневой подготовке. Ну и еще материальную часть оружия преподает. Как правило, «педагоги» были из системы КГБ.

— Как выглядела сдача экзаменов? Неужели билетик тянули?

— Да, все как в нормальном институте: сидит комиссия из твоих вчерашних наставников, подходишь, вытягиваешь...

— А если не сдал?

— Откровенно неуспевающих, тех, кого приходилось тащить, не было. Тактику стрельбы из пистолета и устав все знали. Только изучение свода законов давалось непросто, но все в итоге осилили. Кстати, уже на этом этапе, когда тебя еще не приняли на работу, с тобой занимается инструктор по вождению. Парочку дней.

— Так мало?

— Они просто хотели понять, как человек ведет себя на дороге, а не то, правильно ли он сидит или держит руль.

— После курсов уже зачисляли в отдел?

— Да, приступали непосредственно к работе. Но меня сначала определили в транспортное управление КГБ, а не в Гараж особого назначения. В 9.00 начинался развод. К этому времени уже нужно было быть в классе. Приходили исключительно в костюмах — никаких спортивных брюк или курток. На каждом этаже стояли машинки для чистки обуви. После утреннего построения занимались тем, что скажут. Далеко не всегда вождением: народу было много, машин мало, и наш набор был на первых порах в резерве. Если удавалось выехать на автомобиле в город, то это считалось за праздник.

— Помните свои первые задания?

— Начинал на грузовике. Был определенный маршрут, но сперва — инструктаж. Каждый из нас получал напутствие о соблюдении скоростного режима и аккуратной езде. В конце всегда говорилось: «Ведите себя корректно, с сотрудниками милиции в конфликт не вступайте». В те времена всем машинам транспортного управления полагались специальные талоны — без права проверки.

— И номера соответствующие?

— Да, номерные знаки MНП, в шутку их называли «Мы не пьем». Черные. На легковых висели МОЛ — «Мы охраняли Леню». Сотрудники ГАИ знали нас, что называется, в лицо и останавливать даже не пытались, хотя внутри гаража имелась своя служба безопасности. Следовала по тому же маршруту, что и мы, следила за порядком. Набирали туда из старослужащих, из опытных водителей.

— Что возили на грузовиках?

— Да все, начиная от продуктов и заканчивая запчастями для машин. Даже строительная техника своя: краны, самосвалы, цистерны. Ведь внутри комитета были строительные роты, возводившие дома для сотрудников КГБ. Хлебовозки и те имелись. По сути, служба технического и материального обеспечения.

— В грузовой колонне требовалось сколько-то отслужить, чтобы идти дальше?