В мороженом много молочного сахара — лактозы. Эффективное ее усвоение требует синтеза в организме особого фермента — лактазы, за производство которого отвечает специальный ген. «При недостатке лактазы молочный сахар, вместо того чтобы давать человеку энергию, накапливается в кишечнике и перерабатывается кишечной микрофлорой — бродит, — рассказывает Сергей Штерман. — При этом происходит образование газов, ведущее к метеоризму, несварению желудка, тошноте и часто к болям в животе. А еще, если есть много мороженого, особенно торопясь, оно слишком быстро снижает температуру тела, сужает сосуды, и к головному мозгу поступает меньше крови. Как результат — головная боль».

Так все-таки есть или не есть? И если есть, то сколько? «Людям, контролирующим прием калорий, нужно обращать внимание на жирность мороженого — у разных сортов она разная, — поясняет Валерий Елхов. — Меньше всего жирность у шербета и фруктового льда — меньше 3 процентов. Из мороженого молочной группы самое нежирное — молочное, в нем до 6—8 процентов жирности, затем идет сливочное — около 10 процентов, а самое питательное — пломбир — порядка 24 процентов». Сергей Штерман рекомендует есть мороженое не более двух-трех раз в неделю. Детям, достигшим 5-летнего возраста, специалисты рекомендуют давать мороженое на полдник с кислыми лесными ягодами — они помогают организму легче усваивать жиры и сахар. Главное — в погоне за «сладкой жизнью» не забывать знаменитую фразу, на которую так любят ссылаться врачи-гомеопаты: разница между лекарством и ядом заключается только в их количестве. Американцы, похоже, исследовали дозы, сильно превышающие терапевтические.

Последний довод палача / Общество и наука / Телеграф

Последний довод палача

/ Общество и наука/ Телеграф

Что может быть страшнее убийства ребенка, да еще и сопряженного с изнасилованием? Однозначный ответ — ничего! Во все времена и эпохи за это полагалась высшая мера. В Средние века за такое преступление колесовали. В сегодняшние, гуманные времена — пожизненное заключение. Однако суд города Бийска решил иначе — на днях двое местных жителей, изнасиловавших и убивших десятилетнюю девочку, приговорены к 20 и 13 годам колонии строгого режима! Это означает, что, отсидев чуть больше половины срока и не нарушая режим, оба нелюдя теоретически могут освободиться в порядке условно-досрочного освобождения. Выйти, чтобы опять кого-то убить или изнасиловать. По-другому не бывает: единожды преступив черту, отделяющую человека от дикого зверя, нелюдь уже не изменится — это вам скажет любой опытный судебный психиатр.

Убийства детей, увы, стали для России обычным явлением. Похищенный и убитый пятилетний мальчик во Владимирской области, растерзанные маньяками девочки под Челябинском и под Пятигорском... Это лишь несколько последних случаев, из которых даже не все пока раскрыты. На поиски преступников брошены лучшие сыщики и следователи. Быть может, их найдут, а что дальше? Суд, который опять поскупится на пожизненное заключение? Наверное, не случайно сегодня дискуссии о возврате высшей меры в юридический обиход идут и в парламентских кулуарах, и на обывательских кухнях. Например, уже несколько месяцев в Интернете идет сбор подписей под обращением к властям о применении смертной казни в отношении педофилов. Причем в «эталонных демократиях», например в США, смертная казнь применяется довольно часто (на фото), и никого это не смущает. Мы же почему-то продолжаем сажать в тюрьму, а не мазать зеленкой лбы тем, кому на земле явно не место.

За возврат смертной казни, в частности для маньяков-педофилов, сегодня активно высказываются самые разные политические силы. По сути они занимаются самопиаром, играя на чувствах людей — тема ведь беспроигрышная. Ведь всем известно, что с 1997 года Россия связана обязательствами по протоколу № 6 Европейской конвенции по правам человека, отменяющему смертную казнь. В 1999 году наша страна ввела у себя мораторий на высшую меру, чем мы сами себя загнали в ловушку. Уже 13 лет для убийц, насильников, маньяков и прочих нелюдей не существует главного и единственного ограничителя. По сути для них не действует принцип неотвратимости наказания. Именно по этой причине все чаще в России звучат призывы линчевать убийц. Уже не раз полицейские были вынуждены вставать между разъяренной толпой и пойманным преступником, спасая жизнь того, кто на самом деле ее недостоин. Всем понятно, что институт смертной казни, древний, как этот грешный мир, не устарел и не умер, как об этом любят рассуждать либеральные политики. Палач просто ждет своего часа...

Так бы и съел / Общество и наука / Телеграф

Так бы и съел

/ Общество и наука/ Телеграф