Внезапно Андерс ощутил желание. Он желал ее, как только может мужчина желать любимую женщину. ЛЮБИМУЮ! Он не боялся теперь этого слова. Смотрел ей в глаза, и желание крепло. Телепатический дар говорил ему: то же самое происходит по ту сторону огненного занавеса. Горели три костра, а не один.

Выстрел сбоку! Одновременно с его грохотом Андерс ощутил жгучую боль в правом предплечье. Зашатался, опустился на одно колено. Отвернул лицо от огня и увидел Илану. Обеими руками она держала револьвер. Целилась в него.

Тогда только Андерс понял коварство ситуации. Сам он благодаря магическим знакам неуязвим перед ведьмой. Как ни хотелось ей уничтожить его, Мощь хранила Андерса. Но тот, кто не является колдуньей, может поступить как обычный человек — убить Андерса без всякой магии, когда только захочет. Для этого ему нужно всего лишь не бояться закона.

Илана подошла ближе. Дуло револьвера смотрело в лицо Андерсу. Инстинктивно он попытался прочитать чувства девочки и сообразил вдруг, почему колдунья смогла подчинить ее себе. Илана больна психически. Ее рассудок — хаос, которым овладели заклятья. Андерс не мог поверить, что это конец, но все же зажмурился.

Громкий окрик с той стороны костра:

— Стой!

Илана оглянулась на колдунью и подошла, повинуясь ее жесту. Ведьма забрала у нее револьвер и вынула патроны из барабана.

Они сидели втроем у догорающего костра: Андерс, колдунья и Илана. Сгущалась темнота, на небе появились звезды.

— У меня с собой счетчик Гейгера, — сказал Андерс. — Но я и без него знаю, что залежи урана очень богатые. Кто тот тип, что хочет ими завладеть?

— Ничего я не знаю, — сказала ведьма. — Брось это дело. Второй раз я тебя не помилую.

— Ты забыла, что я читаю твои чувства. Кто тебя нанял? Сначала он велел тебе выпроводить ученых, потом, когда колонисты увели у него Хироптер из-под носа, пришла их очередь. Все ради урана, ради денег. Деньги! Мало они дают счастья и покоя. Кто он?

Ведьма молчала. Илана бормотала что-то бессмысленное, вороша прутиком пепел. Ее не интересовали слова Андерса, ее не интересовал этот мир. У нее был свой.

— Я его найду! Он пытался меня убить. Нанял людей из мафии, я уцелел по чистой случайности. Тогда я еще ничего не понял, думал, что это обычный налет, потом решил, что произошла какая-то ошибка. Только твои перелеты с Хироптера на Землю и обратно помогли мне догадаться, что к чему. Кто-то должен был их оплатить. А потом я узнал про уран. И понял, зачем тебе нужна пустая планета, — ты стараешься не для себя, а для кого-то другого. Богатого и готового на все. Это так просто — намять ведьму и свое зло списать на ее счет…

Ведьма молчала. Смотрела в танцующее пламя костра, и оно отражалось в ее глазах.

Андерс не мог бы в точности определить ее чувства. Он ощущал слабость, рана в плече давала о себе знать.

Он не верил ведьме до конца и оттого не стер с куртки магических знаков. С ними он был неприкасаем. Она не осмелится — как не осмелится никто схватить голой рукой раскаленное железо.

— Кто. этот тип? — крикнул он.

— Уходи, — сказал девушка.

— Я обязан защитить колонистов, — Андерс встал. Нечаянно задел рану и скривился от боли. Достал компас, определил направление, куда ему идти.

— Я люблю тебя, — наконец смог он выговорить эти слова.

— Завтра перемирие меж нами кончится.

— Кончится, — Андерс взял за руку Илану. Девочку он решил забрать с собой. Сделать это для Клауда.

— Убирайся отсюда! — услышал он, покидая поляну. Жуткий смех еще долго, неотступно сопровождал его.

А ведьма неподвижно сидела у огня. В пляшущем пламени казалось, что ее лицо дрожит. Она понурила голову, и что-то зашипело.

Это шипел пепел, на который падали ее слезы.

— Пусть меня поглотит пекло! И пекло поглотило ее.

Перевод Александра Бушкова

Мацей Паровский

ТАК БЫВАЕТ КАЖДЫЙ ДЕНЬ

Время выбрано подходящее. Лодка движется почти бесшумно на короткой прибрежной волне. Чуть справа ясно виднеется пятно порта, откуда аж сюда принесло бьющиеся о борт куски дерева, очистки фруктов, возвращенные морю останки рыб. Между отбросами мокнет узкий и зыбкий серп месяца, застигнутого врасплох в момент обновления. Еще бы немного тумана — и лодка с парой гребцов и сидящим на носу с поджатыми ногами незнакомцем оставалась бы полностью невидимой не только из порта, но даже для случайного наблюдателя, находящегося в нескольких десятках шагов. В безмолвии незнакомец осматривает побережье.