Марчин Вольский

АВТОРСКИЙ ВАРИАНТ

Девушка в джинсах вышла едва ли не на середину дороги.

“Симпатичная, — подумал Мартин, далеко объезжая ее. — И весьма!”

У нее была стройная фигура, волосы, отблескивавшие металлом, и смешное полудетское личико. В другой ситуации он обязательно остановил бы машину. Но не теперь. Сейчас он действовал строго по инструкции.

Лес кончился, точнее, появилась широкая поляна с заметным издали павильоном мотеля. Два здания, окруженные бором, полным сырости, птиц и жухнущих листьев. Напротив мотеля — низкое строеньице автомобильной мастерской, украшенное вывесками “Датсуна”, “Форда”, “Фольксвагена”. Мартин свернул туда. Вышел механик, рыжий крепыш с красным лицом довольного собой человека.

— Стряслось что-нибудь? — усмехнулся он, постукивая ботинком в низ кузова.

Мартин кивнул. Левый бок машины выглядел плачевно. Смятый бампер, покореженная дверь, разбитая фара, исковерканное крыло. Механик наверняка несказанно бы удивился, увидев, как час назад сам Волонтер методично уродовал свою машину, старательно направляя ее на бетонный столб.

— Это недолго? — спросил Мартин.

Рыжий развел было руками, но пара банкнотов улучшила его настроение.

— Завтра к полудню будет как новенький.

Клиент поморщился:

— Ну что ж… А что до того времени буду делать я? Похоже, до ближайшего города миль пятьдесят.

— Шестьдесят. Но вон там — мотель. Неплохой и в это время года почти пустой.

Волонтер вздохнул, отдал ему ключи и направился в сторону белой лестницы. Он шагал не спеша, как человек, вырванный из нормального ритма жизни. Его обогнала девушка в джинсах. Бедняжка, полмили ей пришлось топать пешком. Мартин улыбнулся. Девушка презрительно глянула на него и свернула в бар. Вообще-то он мог ее и подбросить… Мартин взял ключ от номера, но не торопился занести туда портфель.

— Пойду прогуляюсь, — сказал он женщине за стойкой, хотя та ни о чем его не спросила, удовольствовавшись тем, что вписал в книгу: “Мишель Верной из Монреаля”.

Озеро лежало метрах в четырехстах от мотеля. Шагая берегом вдоль указателей, Мартин дошел до свежесрубленной ольхи. Там, раздевшись, вошел в воду. Вода оказалась теплее, чем он предполагал. Лодку он отыскал без труда. Она стояла там, где и должна была находиться. Гребя без особой спешки, он переплыл на другую сторону, к берегу, окруженному чащобой, пристал у заброшенного, едва выступавшего над водой помоста. Оттуда заросшая травой дорожка привела его к старому домику лесника. Он огляделся. Никто за ним не следил.

— Прекрасно, вы пунктуальны, — сказал, глянув на часы, щуплый мужчина с коротко стриженными, лоснящимися волосами и усиками, напоминавшими прилепленный под носом клочок шерсти. На лесничего он не походил, хотя весь дом заполняли скрещенные двустволки, рога и охотничьи олеографии. Он еще раз оглядел прибывшего и спросил тише:

— Мартин Волонтер, разумеется?

— Я — Мишель Верной, пошел прогуляться и думал…

— Порядок, — усмехнулся темноволосый. — Я майор Омикрон из Специальной Группы… Но зачем я спрашиваю? Кто не знает в лицо мистера Волонтера? Еще в школе я зачитывался вашими книгами. Меня всегда интересовало, откуда вы все это берете? А “Третью планету” я знал наизусть. “Седой Глор одним прыжком достиг вакуумолета…”

Писатель пожал плечами. Он ехал не на авторский вечер Собственно, он понятия не имел, для чего его сюда вызвали. Некто, представившийся профессором Моррисом, навестил его вчера около полуночи. Обещал царский гонорар за участие в важном эксперименте. Просил только соблюдать полную конспирацию.

— Понимаю, вы хотели бы сразу приступить к делу, — догадался Омикрон. — Тогда пойдемте.

И открыл двустворчатые дверцы дубового шкафа. Писатель удивился — внутри ждала современная кабина лифта.

— Хорошо придумано, верно? — Офицер пропустил его вперед и нажал одну из двадцати кнопок. Кабина тронулась. — В точности как в “Гроте сирен”, мы скопировали наш центр с вашего романа, — признался он. — Но здесь, по крайней мере, можем быть уверены, что нам никто не помешает.

Лифт остановился на пятом уровне. Они вошли в небольшую комнатку, где у стены стоял стражник с излучателем, а в глубине выпрямился над столом во весь свой немаленький рост профессор Моррис (если только это было его настоящее имя). Дверь автоматически захлопнулась.

— Ну, к делу, — сказал профессор, не тратя времени на какие-либо вступления. Лампа погасла, в глубине комнаты вспыхнул видеоэкран.