Читаем Истребитель ведьм полностью

И снова: “…Веди нас…” Они шли быстро, почти бежали. Шум шагов мешал Смиту слушать. Но вскоре он услышал. Остановился, потрясенный. Они вышли к огромной площади, которую с трех сторон ограничивали фасады каменных домов, а с четвертой — гладкая высокая стена. Площадь была вымощена спинами тысяч людей. Люди эти стояли на коленях, прикасаясь лбами к земле. С другой стороны, у стены, чернота и алое пятно. Сотни Стражников, сомкнутые в шеренгу. Над ними на деревянных опорах большой помост. И несколько десятков стоящих спинами к толпе людей в длиннополых ярко-красных одеяниях. Руки, протянутые к стене. А там — алтарь, золотые лучи, бьющие от огромной книги в красном переплете.

— Не стой столбом! — Пинок в спину заставил его очнуться. — Хочешь, чтобы нас заметили?

Пригнувшись, они подбежали к последнему ряду стоявших на коленях людей и вклинились в него.

— И ниспошли нам свою мудрость, — сказал голос, и все спины выпрямились, — чтобы мы не блуждали на пути к предсказанному тобой счастью. О Великое Слово…

— Веди нас… — громыхнула толпа и снова уткнула лбы в землю.

— И дай нам силу, чтобы мы сокрушили наших врагов на пути к предсказанному тобой счастью. О Великое Слово…

— Веди нас…

Смит нагибался и распрямлялся вместе со всеми.

— Встаньте! — сказал голос.

Толпа встала. Покашливания, шаркание ногами, приглушенные разговоры, Понурые, у некоторых смущенные лица.

— Идем вперед, — шепотнул Первый.

Они раздвигали людей, продирались и проскальзывали, пока не оказались в одном из первых рядов, в нескольких метрах от шеренги Стражников. Жрецы повернулись к толпе, один из них вышел вперед. Толстый человечек с налитым кровью лицом, испещренным мелкими венами, и лысым потным черепом. Красную тунику распирает огромное брюхо. Он поднял руку, как бы благословляя толпу. Часть Стражников перестроилась в две шеренги от подножия стены до лесенки на помост. Смит заметил в стене маленькую дверь. Она раскрылась и одного за другим выплюнула трех человек со связанными за спиной руками. Они остановились на мгновение, ослепленные ярким светом, затем, подгоняемые тычками Стражников, направились в сторону помоста, подошли к лесенке и стали по ней подниматься. Он видел их лица — заросшие и грязные. Сомнений не было. Эти люди шли на смерть. Они взошли на помост и опустились на колени у его края, лицом к толпе. Толстый Жрец стал за ними.

— В Великом Слове сосредоточена мудрость наших предков, — сказал он. Его голос обладал удивительной силой и доносился, казалось, отовсюду. “Репродукторы?” — мелькнуло в голове Смита. — Оно указывает нам путь, которым мы все хотим идти. Это единственно верный путь. Только он может привести нас в то будущее, о котором мы мечтаем, к жизни без проблем и вопросов, в которой каждому указано его место.

Жрец поднял руку и показал на людей, стоящих на коленях.

— Но есть такие, которые этого не понимают! — Он говорил спокойно, медленно, тщательно выговаривая слова. — Посмотрите на этих людей! Посмотрите в лицо этим преступникам!

Он приказал, и толпа повиновалась. Но в тысячах обращенных к помосту глаз не было осуждения. Они светились умом, а также достоинством и отвагой — человеческими качествами, как бы позаимствованными у этих троих на помосте. А может быть, собственными, присущими самим этим людям.

— В это время, как мы, — продолжал Жрец, — трудимся в поте лица, чтобы построить достойную и справедливую жизнь в соответствии с указаниями Великого Слова, эти отщепенцы- вы посмотрите на них! — чинят нам козни в своих лесных норах, лелеют коварные планы. Грабить и разрушать, сеять хаос, ужас и анархию — вот чего они хотят.

— Позор! — крикнул кто-то из толпы, где-то близко, рядом с ними.

— Смерть им! — подхватили несколько “глоток.

Смит вздрогнул. Голос… знакомый голос… Он стал на цыпочки, пытаясь выловить крикунов среди моря голосов. “Показалось…” — вернулся он к помосту.

— Это глас народный! — гремел Жрец. — Да, позор им! Смерть им! Наши предки, оставившие нам Великое Слово, с необыкновенной прозорливостью предвидели, что появятся подлые коварные враги и посягнут на покой наших очагов. Но они предусмотрели также кару для них и оставили нам орудие этой кары.

Один из стоявших за ним Жрецов подошел к алтарю, снял с него какой-то предмет, сверкнувший полированной поверхностью, и подал его оратору. Смит знал название и назначение этого предмета. Револьвер, обыкновенный револьвер с барабаном.

Толстый Жрец сжал ручку револьвера.

— Вот оно! — сказал он. — Орудие кары, которое оставили нам великие творцы Слова! Смерть бунтовщикам!

Дуло опустилось к затылку одного из осужденных. Тот не обернулся, не моргнул даже. Его ожесточенное лицо смотрело в толпу невидящими глазами.

Выстрел. Тело вздрогнуло и повалилось набок. И тишина над площадью, которую нарушают только раскаты эха.

Перепуганные глаза второго. Губы, раскрывшиеся, чтобы крикнуть. И снова выстрел.

Затем еще один. Последний.

Тишина. Слезы ползут по щекам.

— Такой конец ждет всех, кто сопротивляется Слову, — сказал Жрец.