Читаем История Сольвейг полностью

До ближайшего города с порталом я добиралась четыре седьмицы, эти четыре седьмицы показались мне годом. Сначала я просто шла, как автомат, кажется, шёл дождь, потому что я ощущала мокрый холод. Потом меня подобрала какая-то поселенская семья - они дали мне поесть и позволили поспать в их повозке. Потом были какие-то городки и поселения - я даже не могу сказать, как я туда попадала, у меня не было карты, я просто шла, иногда спрашивая у кого-то, где мне найти портал и разумные указывали мне направление. Я не попала ни в какую беду, не заболела, меня не ограбили, меня не задержала стража, не схватили ни благородные, ни бандиты - видимо богиня хранила. Очнулась я в каком-то городе перед порталом. Даже много времени спустя я так и не смогла вспомнить, что это был за город. Из всех встреченных по пути разумных я запомнила только одну орчанку, к которой попросилась переночевать. Не знаю, почему она пришла ко мне ночью, когда я опять не могла уснуть, несмотря на смертельную усталость. Она стала гладить меня по голове, и говорить: "Ш-ш-ш, ш-ш-ш, маленькая, твое горе не беда, не рви сердце - ребёночку повредишь". Я уставилась на неё, а она тихонько засмеялась: "Так ты не знала?" Из неизвестного города я шагнула в Кайту - центральный город Западного герцогства, потом с попутным караваном пошла к папе в Тихий. Я не могла возвратиться в столицу. Я была беременна.

В Тихом меня ждало потрясение, которое заставило выйти из пост-шокового состояния - отца не было дома, не было и его братьев. Соседка Риза сказала, что они уехали на полтора года работать по контракту куда-то в Северное герцогство. Где именно они находятся, никто из соседей не знал, не знали этого и в гильдии. В дом я попасть не смогла - он оказался запечатан серьёзным артефактом - мне такая сложность была не по зубам. Всё что мне оставалось - это пожить пока у Ризы, чтобы окончательно прийти в себя и решить, что делать дальше. На моём счёте в гномьем банке было ещё достаточно средств, чтобы я могла примерно пару лет очень скромно прожить где-нибудь в глуши. Я выпросила в храмовой школе карту Тагора на попользоваться и принялась вычислять место своего будущего обитания. На юге жизнь всегда дешевле и на зимнюю одежду тратиться не нужно, так что решено - отправимся мы с сыночком к тёплому морю. Судя по карте, вдоль береговой линии, между портовым городом Суни и границей с королевством Сонар гнездилась целая куча маленьких городков - вот туда я и отправлюсь. Пока ещё беременности не видно я вполне могу выбрать себе там местечко и свить гнёздышко, Прежде всего мне нужно было, чтобы там жил хороший акушер, чтобы до Суни было недалеко (это крупный город, в нём обязательно есть банк и портал), чтобы банды контрабандистов там не обитали и чтобы там было чисто и недорого жить. В общем, список требований у меня получился внушительным.

Определившись с задачами на ближайшие три-четыре месяца, я принялась готовиться к длительному путешествию. Вопрос этот был не простым - тяжести мне носить уже возбранялось, поэтому с собой я возьму только самое необходимое, к тому же следовало поспешить - на западе холода наступают быстро.

Как бы то ни было, через три седьмицы я обняла на прощание болтушку Ризу, подтянула новые сапоги (может и не такие красивые, как те, что у меня были прежде, но уж точно - гораздо прочнее), завязала высокий хвост, накинула плащ и пошла пристраиваться к каравану оружейников. Да, забыла сказать - я снова надела серый артефакт. Мне совершенно ни к чему были в дороге мужские взгляды и заигрывания, да и вообще - чем неприметное я буду выглядеть, тем безопаснее мне будет, во всех смыслах. На одном плече у меня была моя любимая сумка, плотно набитая нужными вещичками, на поясе хороший нож (пришлось потратиться, но это необходимость для одинокой женщины), а на другом плече мой хлеб - витар. Я запретила себе вспоминать Ольгерда - ни к чему это было, он показал всё, что мне нужно было знать - и моё место и своё отношение. Да и волноваться мне не следовало - мой сынок должен чувствовать мою любовь, а не мою беду.

Дорога до Кайты заняла всего пару седьмиц - оружейники шли ходко, да и лошадки у них были справными. Они знали, что я дочь Мастера Грома поэтому очень хорошо ко мне отнеслись - усадили на повозку, не давали идти пешком, кормили, а по ночам, то один, то другой гном приносил очередное одеяло, ворча, что не хватало ещё, чтобы Гром потом выговаривал им, за то, что его дочка простыла. В Кайте я обняла каждого из этих добрых разумных, поблагодарила и попрощалась, попросив, если свидятся с отцом передать ему, что найти он меня сможет, так же как и в прошлый раз. Я благоразумно не сказала никому ни в Тихом, ни в караване, куда я отправляюсь, потому что меня преследовал какой-то иррациональный страх, что Ольгерд может отобрать у меня сына. Откуда взялся этот страх, почему такие мысли пришли мне в голову? Может у меня в голове крутились какие-то воспоминания из земной истории, а может это подействовало его отношение ко мне, как к бездушному инкубатору? Не знаю.