Решения горбачевской администрации зачастую не шли впереди общественных процессов и не направляли их, а шли за ними – с нулевой в таких случаях результативностью. В огромной степени это объяснялось запоздалостью реформ, глубиной общего кризиса, успевшего охватить основные звенья системы. Сыграло негативную роль и другое обстоятельство – в первые годы «перестройки» не было серьезных социально-политических сил, способных оказывать давление на государственное руководство, побуждая его искать эффективные и адекватные ситуации решения. В обществе имелось лишь довольно абстрактное желание перемен; до осознанной готовности широких масс к радикальным преобразованиям, к смене модели общественного развития еще предстояло пройти большой и трудный путь.

2. Реформирование политической системы. Реформа избирательной системы. Анализ либеральных и других движений.

Испытывая нарастающие трудности в экономике, руководство страны во главе с М. С. Горбачевым с лета 1988 г. решилось на реформирование политической системы СССР. Подталкивало его к реформам и другое обстоятельство: появление новых политических сил, грозивших в дальнейшем подорвать монополию КПСС на власть.

На первом этапе целью политического преобразования было укрепление руководящей роли КПСС в стране с помощью оживления Советов, установление в советской системе разделения властей и элементов парламентаризма.

Появляется новый высший орган законодательной власти – Съезд народных депутатов СССР и соответствующие республиканские съезды. Выборы депутатов проходили в 1989 – 1990 гг. альтернативно. Из народных депутатов сформировали постоянно действующие Верховные Советы СССР и республик. Вводилась новая должность – председатель Совета (от Верховного до районного). Председателем Верховного Совета СССР стал Генеральный секретарь ЦК КПСС М. С. Горбачев (март 1989 г.), председателем Верховного Совета РСФСР – Б. Н. Ельцин (май 1990 г.).

Еще раньше (с середины 1987 г.) был провозглашен курс на «гласность». Это было контролируемое властью смягчение цензуры над средствами массовой информации, устранение «спецхранов» в библиотеках, печатание ранее запрещенных книг и т. п. Началась деятельность по реабилитации жертв репрессий.

Резко усилился процесс образования новых политических партий с крайне узкой социальной базой, зато самого широкого спектра: от монархистских до анархистских.

В республиках появляются массовые движения и партии национальной (а часто и националистической) ориентации. В Прибалтике, Армении, Грузии и Молдавии они получили устойчивое большинство в Верховных Советах. В ряде крупных городов России также возникли аналогичные общественно-политические образования, различные по составу и целям.

Большинство новых политических партий и движений открыто заняло антикоммунистические и антисоциалистические позиции, отражая растущее недовольство народа неспособностью правящей партии остановить развал экономики и падение жизненного уровня.

Кризис охватывает и КПСС. В ней наметились три основных течения: социал-демократическое, центристское и ортодоксально-традиционалистское. Происходит массовый отток из компартии. В 1989 – 1990 гг. компартии Латвии, Литвы и Эстонии заявили о своем выходе из КПСС.

В стране начинают складываться новые центры реальной власти. Это были республиканские съезды народных депутатов и Верховных Советов, где происходило блокирование политиков либерально-демократической ориентации, прошедших в «парламенты» на волне критики КПСС, и старых опытных партократов.

Весной и летом 1990 г. союзные республики приняли декларации о государственном суверенитете, устанавливавшие приоритет своих законов над законами Союза. Страна вступила в полосу дезинтеграции.

На протяжении десятилетий центр систематически перекачивал материальные и финансовые ресурсы из России в национальные республики, стремясь где ускорить развитие отсталых регионов, где «умиротворить» народы, насильно включенные в состав советской империи, более высоким по сравнению со всей страной уровнем жизни. Но, превратив Россию в «донора» и обескровив ее, у руководства СССР так и не получилось снять напряженные отношения между нациями. Большую роль здесь сыграли и слишком сильный централизм в управлении, и указания союзных органов, что надо делать в области использования природных ресурсов, демографического, социального и экономического развития республик без должного учета их собственных интересов, и многочисленные факты неуважения национальной культуры, языка, обычаев. Казалось, что все было спокойно, говорились речи о дружбе народов, а на самом деле не затухали очаги межнациональной розни, непонимания и разногласий.