Читаем Истории Предгорья полностью

- Я талантлив, - хмыкнул Ис. - И дело, в любом случае, не только в Раоке. Ты, наверное, ещё не в курсе, но лорд Лаари поднял восстание. Северные и западные кланы признали его Царём.

Расслабленность слетела с русала, как подхваченная ветром паутинка.

- Вот как... - сказал он негромко. - Неприятно. И чем же это обернётся для меня?

- Гадаешь, не решу ли я всё же тебя убить? - весело поднял бровь Ис.

- Ну, лично мне сразу вспоминается душа ныне покойного лорда Виишуры, проспавшая у тебя в подвале сто лет мертвым сном, - усмехнулся Алохаси зубасто.

- Нет уж, - зевнул Ледяной. - Ты слишком полезен, как менталист. Да и вообще, мороженная рыба теряет во вкусе, а порой и протухнуть может.

"И это было бы слишком просто, - добавил он мысленно. - Я скорее отравил бы тебя магическим ядом, не имеющим противоядия, мучительно убивающим жертву через сутки, а после отправил Лаари с подарочным бантиком. Или переспал бы с тобой, а его заставил смотреть"

- Ой, не надо, - Алохаси беспечно махнул хвостом. - Мы слишком долго знакомы, чтобы я молча скушал эту ерунду и послушно сделал вид, что верю. В конечном итоге, на свете много хороших менталистов. А я, при всех моих достоинствах, не тяну на незаменимого. Тут другое, ты просто считаешь, что усыпить меня было бы слишком скучно, просто, не в духе ваших с Лаари обычных зажигательно-морозных прелюдий. Я скорее поверю, что ты позволил бы ему Обрести меня на пороге смерти... Ну, или какая-то другая сентиментальная ерунда в таком духе. Из этой же оперы, что твои попытки со мной подружиться, обаять меня.

- Не сказать, чтобы провальные, - усмехнулся Ис. - Как ни крути, ты входишь в то не особенно обширное число существ, кого я могу худо-бедно отнести к друзьям.

- Ну да... - по губам Алохаси скользнула ироничная усмешка. - И я ценю это, сам знаешь. Но задумываюсь иногда: какую роль в твоем отношении играет то, что я - душа лорда Лаари? Не видится ли тебе в этом нечто совершенно патологичное?

- Ну, это отдельная графа в списке удовольствий, - усмехнулся Ледяной. - Ты знаешь мою историю получше прочих, как мой лекарь. Сам понимаешь, почему мне нравится сложившаяся ситуация. Он сходит с ума без пары, сгибается под тяжестью непокорной магии и собственной неполноценности. Разве это не потрясающе?

- Потрясающе... - протянул Алохаси. - В известной манере наблюдать со стороны за игрой в акулы-жертвы между ребятами вашего типа и масштаба действительно интересно с ментальной точки зрения - если, конечно, не оказываешься в ваше противостояние хоть как-нибудь вовлечён. Эмоционально ли, в качестве ли статиста... Вы похожи на две вагонетки из задачек для маленьких. Те самые, что вышли из точки А в точку Б и набирают скорость, чтобы неизбежно встретиться в некой точке катастрофы. Ты ведь понимаешь, что самое опасное в этом - невозможность сойти с заданного пути и затормозить? И не осознание ли этого отталкивает тебя от близких, все больше вовлекая в порочный круг?

Ис тепло улыбнулся.

Это то, что с самого начала завораживало, восхищало его в Алохаси - понимание чужих душ, тонкость и интеллект, не искаженные, как в случае с Лаари, гримасами безумия. Русал стремился исцелить, упорядочнить мир вокруг. Он верил в разум. Сам Ледяной умел прислушиваться к советам чернохвостого, пусть и не всегда им следовал. В конечном итоге, Алохаси был связан по рукам и ногам чарами и клятвами больше, чем иные преступники. Он не мог покинуть пределов Предгорья без особого разрешения Иса - это убило бы его. Когда стало известно, что именно Алохаси является душой лорда Лаари, дракон выставил именно такое условие - и по сей день неустанно поражался тому, что тритон безропотно согласился.

Смешной момент заключался ещё и в том, что Алохаси по-своему любил его. Некоторые эпизоды близости между ними, которые для Ледяного были не более чем минутными развлечениями, хвостатый воспринимал очень серьёзно. И Иса не особенно радовало то, что рано или поздно русалом всё же придётся пожертвовать.

- Верно, - сказал он вслух. - Мы с Лаари похожи на вагонетки, но тут уже ничего не поделаешь. Говоря языком твоих метафор, мы с ним вышли на финишную прямую. Катастрофа неизбежна, во многом она уже случилась. Нам не сойти с рельса, не затормозить, пока мы оба живы. У этой детской задачки только одно решение - игра запущена, первый ход.

Русал вздохнул.

- Я мало знаю о политике, - сказал он мягко. - Но очень много - о замкнутых кругах. Есть в ментальной магии даже такое понятие, как парадокс замкнутого круга, или феномен навязчивой зацикленности. Помнишь его?