Читаем Истоки религии полностью

К понятию интуиции близко примыкает понятие веры, которая представляет собой такое внутреннее состояние человека, при котором он убежден в достоверности чего-либо без посредства органов чувств или логического хода мысли: путем необъяснимой уверенности. Так, в существование материи независимо от нашего сознания мы верим помимо всяких доказательств. С. Булгаков даже прямо отождествлял веру с интуицией /28/.

Быть может, самым уязвимым пунктом учения Бергсона было его категорическое отрицание роли отвлеченного мышления в деле осмысления интуиции. Хотя он справедливо указывал на утилитарный характер "интеллекта", он все же недооценил значение и силу разума. Совершенно очевидно, что отказаться от него, как и от системы понятий, человек не может. Его познание носит целостный характер, в котором тесно взаимосвязаны все три уровня постижения.

Поэтому учение интуитивизма не остановилось на Бергсоне, а продолжало совершенствоваться и развиваться /29/. Однако во всех его аспектах - будь то "интенция" Гуссерля или "озарение" экзистенциалистов - сохраняется примат глубинного созерцания, которое раскрывает человеку внутреннюю суть вещей. Именно во "вживании", в развитии интуитивных способностей лежит выход из той гносеологической темницы, куда пытались заточить человека Юм, Кант, позитивисты.

То, что Кант поставил вопрос о границах и возможностях человеческого познания в центр всякой философии, является его великой заслугой. Но коренной порок кантианства заключался в том, что оно в своем "анатомическом театре" разума рассматривало не живое динамическое познание, а, по меткому выражению Вл. Эрна, "схематический труп мысли". Именно в силу этого Кант остановился на полпути, признав невозможным для человека познать "вещь в себе". Он не увидел в глубинах духа тех неисчерпаемых сил, которые способны прорвать завесу эмпирического /30/.

Только в органическом сочетании непосредственного опыта, отвлеченного мышления и интуиции рождается высший интегральный тип познания, в котором господствует, по определению Бердяева, "Большой Разум". Он не ограничивает себя узкими рамками рассудка и способен подняться в сферу парадоксального, антиномичного. Он включает в себя все силы малого разума, как целое - части. Именно это позволяет ему простирать свой взгляд от видимых явлений природы до предельных граней бытия.

ПРИМЕЧАНИЯ

Глава вторая

ПОЗНАНИЕ МИРА

/1/. Подобные опыты проводились еще в прошлом веке физиком Гельмгольцем. См.: Г. И. Челпанов. Мозг и душа. М., 1918. С. 147 сл.

/2/. Д. Юм. Трактат о человеческой природе. Собр. соч. Т. 1/Пер. с англ. М., 1966. С. 27;

Э. Мах. Анализ ощущений/Пер. с нем. М., 1908. С. 254 сл.

/3/. А. Шопенгауэр. Мир как воля и представление. Т. 1. М., 1900. С. 103. В "Материализме и эмпириокритицизме" мы находим резкие нападки на подобные выводы. И в сущности вся аргументация автора сводится к тому, чтобы доказать тождественность взглядов оппонентов с философией Беркли. Между тем эту тождественность вряд ли можно считать каким-то философским преступлением. В наши дни, по словам создателя кибернетики Н. Винера, "наивный реализм физики уступает место чему-то такому, с чем мог бы охотно согласиться епископ Беркли" (Н. Винер. Кибернетика и общество. М., 1958. С. 34).

/4/. Thomas Aquinas. Summa Theol., 1, 1, 9.

/5/. Физика наших дней постоянно сталкивается с парадоксами, которые разрушают первичные представления. Именно поэтому Макс Планк утверждал, что "философ, оценивающий научную теорию постольку, поскольку ее смысл может быть ясно понят, задерживает стремление науки к дальнейшему прогрессу" (М. Планк. Единство физической картины мира. М., 1966. С. 198). Примечательно, что и К. Маркс считал парадоксы в науке неизбежными. "Научные истины, писал он, - всегда парадоксальны, если судить на основании повседневного опыта, который улавливает лишь обманчивую видимость вещей" (К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч. Т. 16. С. 131).

/6/. А. Бергсон. Творческая эволюция. М., 1914. С. III.

/7/. См.: Философия естествознания. М., 1966. С. 72, 226-227. Вопреки логике, созданной в рамках макромира, современная физика утверждает, что "в квантовой механике не существует понятия траектории частицы" (Л. Д. Ландау, Е. М. Лифшиц. Квантовая механика. М., 1963. С. 14).

/8/. П. А. Дирак. Принципы квантовой механики/Пер. с англ. М., 1960. С. 13.

/9/. М. Э. Омельяновский. Проблема наглядности в физике. - "Вопросы философии". 1961. Номер 11. С. 55. Подробнее об этом см. в работе доктора филос. А. М. Мостепаненко "Пространство и время в макро-, мегаи микромире" (М., 1974. С. 185 сл.).

/10/. Н. Бор. Атомная физика и человеческое познание/Пер. с англ. М., 1961. С. 81. См. также: В. Паули. Философское значение идеи дополнительности. - В кн.: В. Паули. Физические очерки. М., 1975. С. 56.

/11/. Н. Dоnzer. Das Symboldenken in der Theologie. - "Universitas". 1967. Номер 4. S. 375.